Вечный любовник

Зейдист дернулся в сторону, избегая контакта. Его глаза сверкнули, словно ее поведение потрясло его. Но и это выражение быстро стерлось с его лица.

Холодным ровным голосом он произнес:

— Осторожнее с этим, женщина. Я кусаюсь.

— Ты когда-нибудь назовешь меня по имени?

— Может, выпьешь чего-нибудь, Бэлла? — Прервал их Фьюри. Он взял ее за локоть. — Бар там, в бильярдной.

— Да, забери ее, — растягивая слова, сказал Зейдист. — Ты такой хороший мальчик, брат, настоящий герой. Все время кого-то спасаешь.

И тебе следует знать, она считает тебя привлекательным.

Лицо Фьюри напряглось, но он ничего не ответил, просто повел ее через холл.

Обернувшись, она обнаружила, что Зейдист ушел.

Фьюри сжал ее руку, чтобы привлечь внимание.

— Тебе нужно держаться от него подальше. — Она ничего не ответила, и он подтолкнул ее в угол и взял за плечи. — Мой близнец не сломлен. Он разрушен. Ты видишь разницу? Сломанное можно починить. Разрушенное? Только похоронить.

Ее рот слегка приоткрылся.

— Это так… жестоко.

— Такова реальность. Если он умрет раньше меня, это убьет меня. Но даже это не изменит того, кто он есть.

Она высвободилась из его объятий.

— Я буду иметь в виду. Спасибо.

— Бэлла…

— Ты принесешь мне чего-нибудь выпить?

Глава 39

О припарковался около высокого жилого здания. Уродливая высотка была лишь частью большой системы небоскребов, которыми застраивался этот берег. Квартира Си, выходившая на воду, располагалась на двадцать шестом этаже.

Претенциозно.

Действительно претенциозно."

"Большинство лессеров жило в настоящих дырах, потому что Общество предпочитало вкладывать свои деньги в войну. Си жил с шиком, потому что мог себе это позволить. Прежде чем присоединиться к ним в семидесятых годах он был достаточно богат, но и потом каким-то образом сумел сохранить свои деньги. Парень представлял собой необычную комбинацию: любитель с повадками серийного убийцы.

Было больше десяти, поэтому швейцар уже оставил свой пост, а взломать электронный замок было делом одной минуты.

На лифте, сделанном из стекла и металла, О проехал до двадцать седьмого этажа, и спустился на один вниз по лестнице, скорее по привычке, чем из необходимости. Не было никаких причин полагать, что кому-то будет дело до того, кто он и куда направляется. Кроме того, в это время ночи, подобные дома пустовали: обычные жители — рабочие лошадки из Европы — глотали эктазии или нюхали кокаин в «Ноле».

Он постучал в дверь Си.