Вечный любовник

Ну да, конечно. Она ни за что не ответит на этот вопрос.

Она направилась в кухню.

— Насколько крепкий кофе ты пьешь?

Взяв открывалку, она воткнула ее в банку «Hills Bros»[58] и начала разрезать железку с такой силой, как будто это была последняя банка кофе в ее жизни. Крышка свалилась на пол, и она нагнулась, чтобы поднять ее.

— Я задал тебе вопрос. — Его голос прозвучал прямо около ее уха.

Она дернулась, и большой палец скользнул по краю металлической крышки. Со стоном, она выпрямилась и посмотрела на порез.

Хел чертыхнулся.

— Я не хотел пугать тебя.

— Ничего, выживу.

Она открыла кран, но прежде, чем смогла подсунуть палец под струю воды, он схватил ее запястье.

— Дай посмотреть.

Не дав ей возможности запротестовать, он склонился над порезанным пальцем.

— Нехорошая рана.

Он взял ее палец в рот и осторожно пососал.

Мэри задохнулась. Теплые, влажные, чуть давящие прикосновения парализовали ее. А потом она почувствовала его язык. Он освободил ее, но она могла лишь глазеть на него.

— О, Мэри, — сказал он грустно.

Она была в таком шоке, что даже не обратила внимания на смену его настроения.

— Тебе не стоило этого делать.

— Почему?"

"Потому что это было так приятно.

— А вдруг у меня ВИЧ или что-то в этом роде.

Он поднял плечи.

— Это не имеет значения.

Она побледнела: видимо, он болен, а она только что позволила ему положить свой палец в рот.

— И нет, Мэри, я не болен.

— Тогда почему же это…

— Я просто хотел помочь. Видишь? Кровь больше не идет.

Она посмотрела на свой большой палец.

— Теперь ты мне ответишь? — Спросил Хел, будто намеренно прерывая вопрос, который она хотела задать.

Она взглянула наверх и заметила, что его глаза опять сверкают: в них снова появилось то загадочное, почти гипнотическое сияние.

— А о чем ты меня спрашивал? — Прошептала она.

— Вид моего тела доставляет тебе удовольствие?

Она поджала губы. Черт, если он заводится, когда женщины говорят ему, что он красив, то сегодня ему предстоит уйти домой разочарованным.

— И что ты будешь делать, если нет? — Спросила она в ответ.

— Прикроюсь.

— Ну да, конечно.

Он нагнул голову в бок, словно подумал, что неправильно понял ее. Потом направился в гостиную, где лежал его плащ.

Боже, да он серьезно.

— Хел, вернись. Тебе не нужно… Мне, э-э-э, вполне по нраву твое тело.

Он вернулся и улыбнулся ей.

— Я рад. Мне нравится доставлять тебе удовольствие.

Отлично, красавчик, подумала она.