Онлайн-библиотека книг
Знаешь, так звонко-звонко, — тётя кивает жрецу и с трудом садится. — Простите, что перебила.
Коснувшись серого подала, она неловко пожимает плечами, словно вдруг стесняется своего облика.
— Я только рад, что ты к нам присоединилась, дитя. Я рассказывал Лейсан, что почитатели богини разделились, и хотя в их обрядах и традициях можно найти много общего, это разные обряды. Я вижу в глубинах вашей ауры “детское” благословение. Впервые, дитя, в храм тебя отнесла твоя мама, и она благословила тебя, согласно старым традициям.
Я не Лейсан.
— Это правда, Лей. Мы придерживались старых традиций, но… В тот год не стало твоих родителей, я старалась не показывать тебе, но я очень тяжело переживала уход сестры. Я ведь сколько себя помню, всегда рядом со мной была она. Потом я тяжело болела, и ко мне начала ходить жена Бирона. Она просто помогала, ничего не требуя взамен, и, прости, Лей, я сама не заметила, как увязла. Рядом с ними было не страшно, не так больно, и…
— Тётя, ты не виновата, — повторяю я.
— Сеньоре пойдёт насыщенный розовый тон, — улыбается жрец. И, пожалуй, он прав.
— Извините, — хмыкаю я.
Жрец улыбается шире:
— Серый след на ваших аурах не делает вас частью общины и собственностью жрецов, поскольку ни одна из вас, как я вижу, не получала благословения в традиции общины.
Но…
— Подождите!
— Да, дитя?
— В храме жрец проверил мою ауру.
— Верно, — жрец кивает. — Он увидел, что вы часть серой общины. К сожалению, он не стал или не захотел вникать. Вы пригласили меня, чтобы порвать связи с серыми. Верно?
— Даю
Жрец отпускает кончик бороды, вольготно откидывается на спинку дивана:
— Я, безусловно, очищу ваши ауры от въевшегося за эти годы налёта.
Глава 41
Мы с тётей переглядываемся.
Жрец, став заметно серьёзнее, продолжает пояснять:
— Благословение даёт ауре защиту. Не надо думать, что благословение убережёт от всего на свете, это не так, но смею утверждать, что всё же остаться полностью “голой” опаснее.
— Да? — перебиваю я.
