Я собирался выйти и завалить лаз, передать визуальную фиксацию и информацию о месте нахождения заговорщиков Совету.
Обогнуть Бореля не получилось. Он стойко переносил действие проклятья, так и загораживал проход с расправленной спиной, властно крикнул:
— Стоять, — его глаза полыхнули голубым.
Это произошло так неожиданно, что я споткнулся. Так значит, в семье Рамина — не единственная наследница силы древнего рода. Ее отец принял мое замешательство за подчинение, довольно ухмыльнулся:
— Рамина больше не властна над тобой.
Зато есть еще я. Папочка любит дочку. Папочка всё решит. Также, как решил её проблему с бастардом.
— Так ее ребенка отравил человек, которого она любила. Разве нет?
Борель сплюнул, поморщился от боли или от омерзения, нервно дернул плечом, а его ногу свело судорогой:
— Человек… — выговорил с отвращением.
Глаза вновь загорелись голубым:
— Чего мне стоило сделать внушение поганому человечишке, обрюхатившему единственную любимую дочь? Да, ровным счетом ничего, — он щелкнул пальцами.
— Вот так, запросто… Если даже драконы подчиняются мне, — плечи задрожали от беззвучного смеха. — Кто-то меньше, а кто-то больше. Вот, и тебя получилось остановить.
Он снова щелкнул пальцами:
— Убейте его!
Сзади набросились драконы. Они успели подкрасться, пока я разглядывал голубые глаза и слушал откровения. Не то, чтобы я поддался внушению, но Борелю удалось отвлечь мое внимание. Не столько глазами, сколько ужасным признанием о том, что сотворил с собственной дочерью из-за снобизма и одержимости идей о чистоте драконьей крови.
Морозить время не понадобилось. Да я и не смог бы потому, что уже истратил резерв. Обычно я мог такое провернуть не чаще одного раза в день.
Рукопашная драка закончилась, не успев толком начаться. Я просто отбросил Малори и Стафилда, они отлетели в разные стороны, ударились головами о каменный пол. Я сделал подсечку Борелю, который и так с трудом держался на ногах, а сам ускользнул в лаз.
Пришлось использовать магию. Как только добежал до первого ответвления, приложил руку к каменной стене, обрушил, заваливая проход.
Всё, теперь им самостоятельно не выбраться. Слишком далеко от входа.
Выдохнул рано.
Магический фон пошел волнами, пол под ногами дрогнул, стены затряслись. Я побежал к выходу, но прямо передо мной обрушился потолок, осыпался градом камней, которые задели голову."
"Когда я развернулся и побежал в боковое ответвление, острые осколки разодрали спину, а один из булыжников догнал и сбил с ног.
