Он остался единственным, кто связывал меня с моей прошлой жизнью, но пора идти дальше — в новую счастливую семейную жизнь."
"Едва слышно скрипнув, распахиваются двери, и резкий запах храмовых свечей окутывает меня, полностью вытеснив знакомый запах опекуна. Тревога в сердце разгорается с каждым шагом.
Мы идем по проходу по мягкому ковру, скрадывающему стук моих каблуков. Под тихие перешёптывания гостей дядя Фредди доводит меня до алтаря, целует руку, и я остаюсь одна.
Точнее, не одна. Справа от себя чувствую уверенное мужское тепло.
“Вейн”, — улыбаюсь я.
Священник читает свадебную молитву, проводит традиционные ритуалы и переходит к нашим клятвам.
— Невеста, согласна ли ты любить и уважать мужа, подчиняться и хранить ему верность до конца своих дней? — спрашивает он.
Я задерживаю дыхание и от волнения не могу вымолвить ни слова. Поэтому просто киваю. Пытаюсь откопать в себе радость, но она будто ускользает от меня, оставляя лишь напряженное ожидание.
— Жених, согласен ли ты любить и защищать жену, заботиться и быть опорой ей до конца дней своих? — обращается теперь священник к моему жениху.
В ответ слышу только молчание. Хочется стянуть с глаз повязку, понять, он тоже волнуется, поэтому кивнул… или? Нет, он просто не может со мной так поступить. Он любит меня так же сильно, как его люблю я. И ничто не может встать между нами.
С облегчением выдыхаю, когда священник вкладывает мою руку в руку моего мужа, символизируя переход под его покровительство. Мои пальцы сжимает большая, крепкая мужская ладонь.
Я замираю, понимая, что не узнаю руку Вейна. Тут мой муж небрежно сдергивает с меня повязку, совершенно не заботясь о сохранности прически. Моим глазам требуется несколько секунд, чтобы привыкнуть к свету. А когда ко мне возвращается зрение, я поднимаю взгляд на своего мужа и тихо ахаю. Это не Вейн.
Глава 2. Замужем
— Сайтон… — невольно вырывается у меня.
На серьезном лице мужчины, стоящем передо мной, расцветает ухмылка. Знакомая и совершенно чужая. Идеально красивая, как и весь мой… муж?
Перед моими глазами тут же предстает картина выходящей из сеновала гувернантки, а сердце взрывается болью всех ночей, когда мне снился этот невыносимый дракон.
В голове один единственный вопрос: зачем?
Священник озадаченно откашливается, не понимая, что происходит. Он ожидает, что я выполню следующее обрядовое действие — надену мужу лунный кулон, зажатый в моей руке. Я делаю шаг назад, отказываясь верить во все происходящее, не желая продолжать этот фарс.
