Ведьма и тьма

– Пусть, – произнес Калокир, приподнявшись на локтях и глядя на запрокинутое лицо чародейки. – Плевать!

Ее лицо было спокойным и мечтательным, в полузакрытых темных глазах искрами отражалось пламя свечи, но той глубинной желтизны, мерцавшей в ее очах, когда он вошел, больше не было. И все же Калокир спросил:

– Ты смогла сотворить для меня чудо. Значит, твоя сила вернулась?

– То была слабая сила. Мне не жаль ее потерять ради твоей любви, ромей.

Она тоже слышала этот стук в дверь, вернее, не стук, – робкое царапанье, словно тот, кто находился снаружи, сам опасался потревожить любовников.

И все же Малфрида почувствовала, как в ней нарастает злоба. К лешему, к кикиморам! Она так истосковалась по любимому, что не отпустит его от себя!

– Мне не жалко силы, Калокир мой, – зашептала она, обнимая его и приникая к нему всем телом. – Не жалко лишиться чародейства ради тебя. Ведь ты… О, как я тебя ждала! Я хочу быть всегда с тобой. Я хочу быть твоей женой и рожать тебе детей!

Он нежно улыбнулся и поцеловал ее. Иметь от нее детей? Наверное, это было бы забавно.

За дверью умолкли, и Малфрида восприняла это как свою победу. Ее ромей, человек долга, преданный княжьей службе, забыл обо всем ради нее!

Но отчего-то вдруг стало неспокойно. Вернулось уже знакомое и довольно неприятное ощущение, что за ней кто-то наблюдает. Словно они тут не одни. Что за чушь! И все же…"

"Малфрида приподнялась. Сперва взглянула в сторону двери. Та была закрыта, засов задвинут, как она и наколдовала, когда вошел Калокир.

И тут она безмерно удивилась.

Даже вскрикнула:

– О кровь Перуна!.. Откуда это здесь? Я никого не впускала!

Калокир оглянулся, проследил за ее взглядом. Дверь по-прежнему была закрыта, но на спинке кресла у входа сидел крупный полосатый кот. Смотрел зелеными очами, только и всего. Малфрида же уставилась на него, как на чудо невиданное.

Калокир хмыкнул:

– Тебя что, кот напугал?

Лицо Малфриды осталось напряженным.

– Но его здесь не было! Нет, не так: я сама выгнала кота, когда ждала тебя. И вот он снова здесь… И как он пробрался, когда все было заперто?

Калокир рассмеялся.

Нашарил у кровати свою меховую шапку и метнул в кота. Света было достаточно, чтобы понять – не промахнулся, но шапка как будто прошла сквозь животное. Или кот был так ловок, что в последний миг оказался у порога, замяукал громко, сердито и стал царапать дверь, просясь на волю.

– Пошел вон!

Калокир хотел было его выпустить, но Малфрида удержала:

– Погоди. Это непростой кот. Он следит за мной.