Ведьма-хранительница

 – Ролар протянул мне одежду и деликатно отвернулся. Я только сейчас заметила, что реар исчез, на шнурке сиротливо болталась пустая серебряная оправа. – Он действует как пружина, сначала растягиваясь до предела, а затем сокращаясь и вытаскивая обратно тебя и… того, кто захочет последовать за тобой.

– Но почему… почему я не умерла? Еще ни один человек не переживал прямого удара в сердце!

– Видишь ли, Вольха… – Ролар замялся, – не хочется тебя расстраивать, но ты… не совсем человек.

– Что?! А кто же тогда?

– Ну… – вампир смущенно кашлянул.

 – В некотором роде… как говорят эльфы, с кем поведешься…

– Ты что, хочешь сказать, что я – вампир?!

– Нет-нет, это совсем другое, – поспешил заверить меня Ролар. – Просто в тебе течет кровь вампира, и это придает организму некоторые… хм… дополнительные свойства.

– Кровь?! Какая кровь? – у меня уже голова пошла кругом. Собственная смерть, тот свет, воскрешение, горькое разочарование, а теперь еще это сочувственное хмыканье и туманные намеки! – Ролар, или ты сейчас же, связно и подробно, объяснишь мне, в чем дело, или я придушу тебя голыми руками и буду долго, методично и упоенно пинать ногами труп!

– Ты уже оделась? – Ролар обернулся и, убедившись, что пикантный момент миновал, подошел и сел рядом, положив руку мне на плечо.

 – Вольха, ты обменялась кровью с Арр'акктуром, верно?

– Нет! – Вопрос показался мне настолько диким, что я возразила прежде, чем Ролар успел договорить.

– Да, – уверенно сказал вампир.

 – Реар – лишь символ, метка, в нем нет никакой силы. Она в том, кто его носит. В тебе. Мало просто вручить Хранителю реар, похлопать по плечу и пожелать удачи. Как тонко подметили в своих мемуарах охотники за вампирами, сердце – наше самое уязвимое место. Оправиться от такой раны, да и то, если она небольшая и чистая, может только Повелитель. Или тот, с кем он поделился своей кровью. Не укусил, не дал отхлебнуть из вены, а залечил ею смертельную рану… им же нанесенную. Я не знаю, как Арр'акктур это с тобой проделал – возможно, усыпил или загипнотизировал, и ума не приложу, зачем ему вообще понадобилось идти на такой риск, ведь человек куда уязвимее вампира, ты могла умереть еще во время посвящения, не говоря уж о самом обряде.

По мере того как Ролар говорил, мне все больше казалось, будто я очутилась в каком-то дурном сне, липком кошмаре, выпустившем на волю мои потаенные страхи. Да, возможностей у Лёна было хоть отбавляй.