Невесту мне представлять будут. Я на картинке глядел – красивая. Богатую, килограмм девяносто потянет.
Ведун про меня объявил, что я счастливый билет сам того не ведая, вытащил. Представляете, госпожа! Теперича удача мне будет сопутствовать по жизни. Можа, и вам толику перепадёт с моего счастия.
И что началось? Как свахи к нам забегали с маменькой. То все мне отворот поворот делали, а тут я видным женихом резко заделался. Там маменькины платья принёс я, чтоб перед гостями в грязь лицом не ударить.
Ну что могла сказать.
Понимала я теперь женихов, что за мной охотились. А за Данилушку порадовалась. И платья маменьки его цветом освежила. Как новые стали. Пусть у слуги добродушного хорошо всё будет.
Одну корзинку унёс. Вторую я оприходовала. Вышла на балкон. Сижу, на закат смотрю. Голос с облаков:
– Любовь моя ненаглядная.
Мне аж дурно стало. Это ещё кто объявился? А над замком дракон парит. Крыльями машет. В лапах корзину держит. Сверху орёт, видимо Аллагора побаивается, чтоб ниже спуститься."
"– Золотиночка моя, заметил, что ты кушаешь от этого климата, как не в себе.
Вот тебе тормозок принёс, гусика с ужина. Тебе же он понравился. Только надеюсь, когда ты за меня замуж выйдешь, не столько будешь продовольствия потреблять. А здесь резвись на здоровье,- и зависнув над крышей, не рискуя ниже, начал спускать на верёвке корзину.
Я даже прослезилась от такой заботы. Васька выглянул из окна Аллагорского. С колбаской в зубах. Мало кушающий мой! С тяжёлой костью! Проводил задумчиво проплывающего вниз гусика, увидел мой прищуренный на колбаску взгляд и слинял.
От греха подальше.
Дракон, убедившись, что корзинка в надёжных руках, скинул верёвку и, получив мой воздушный поцелуй, стал крутить в воздухе мёртвые петли.
Гусик пригодился.
Настроение у меня приподнялось.
Тут снизу шум послышался. Выглянула. Змей притащился:
– Смотри – шипел он охраннику.— видишь, яблоки одни в корзине. Чтоб невеста с голоду у вас не окочурилась.
– Любовиралия!
-Здесь я, можешь не орать.
– Скинь верёвку какую – корзинку привяжу.
Яблоками потешься, Люба моя.
Насилу к себе втащила. Где он их достал? На улице весна. Склад продовольственный обнёс что-ли. Но прогиб был засчитан и вознаграждён тоже воздушным поцелуем. На который он прям в змея оборотился и давай кольца обручальные накручивать.
А оборотень где? Я прямо обижаться стала такому невниманию с стороны волчары. И он не подвёл моих ожиданий. Этот пирожков с ужина напрятал. Эти я на завтра себе оставлю.
