— Это как? Столбиком?
— Вертикально, прижимая к себе и поддерживая головку, — аккуратно забирает у Степана сына, наглядно демонстрируя требуемое положение ребенка. Нет, он сам боялся сделать что-нибудь не так, но времени рефлексировать не было. Их сыну требовался уход и внимание уже сейчас.
— Тут травы, заготовленные Ксенией. Сейчас покажу, как запаривать. А потом этот отвар в водичку лейте, в которой малыша купать будете.
И так весь вечер, к окончанию которого у обоих мужчин голова шла кругом.
— Вы пока раздевайте Ваню, а я водичку приготовлю.
Первое купание у малыша, да, Ванечка?
Неумело, дрожащими руками Степан принимается выполнять указание Матвеевны. Маленький… Господи Боже, какой же он крохотный — их сын. Снимает шапочку и выдыхает резко:
— Он — черный! Слабый, посмотри какие у него волосы!
Игорь с интересом подходит к пеленальному столику:
— Вот ведьма, а!.. Ну, никогда не ошибается. Все-таки твой, — без сожаления, просто, как о факте.
— Может, в Ксению, темненький…
— Да у него даже форма черепа твоя, и залысины.
И в целом на тебя очень похож, да, сына? — гладит нежную щечку. — Без шапочки это как-то особо в глаза бросается.
— Потом разберетесь, кто отец, а сейчас Ванюшу купать надо! — бесцеремонно влезает в разговор женщина, нарушая прекрасный момент более близкого знакомства отца и сына.
Так и жили… Или существовали в каком-то мареве, двигаясь по кругу. Дом, сын, больница, работа… То впадая в отчаяние, то выныривая из него. Они окончательно перебрались на хутор, постепенно приспосабливаясь к новым жизненным обстоятельствам, и вникая в абсолютно незнакомый им мир отцовства.
Слава Богу, Ванька рос тихим, нетребовательным ребёнком, да и Матвеевна им очень помогла на первых порах. Спасибо ведьме за то, что все предусмотрела. Они часто раздумывали над тем, знала ли она о том, что с ней случится наверняка, или просто перестраховывалась. И склонялись к мысли, что все-таки знала, уж больно детальные инструкции дала Матвеевне. Но, в таком случае, возникал резонный вопрос, почему она ничего не сказала Игорю, не подготовила, не дала знаний, которые могли бы стать якорем в бушующем океане их переживаний и боли.
"
"За эти страшные дни Игорь и Степан сблизились ещё сильнее, поддерживая друг друга, и не давая сорваться в пропасть. Это на самом деле страшно — понимать, что от тебя абсолютно ничего не зависит. Что ты в любой момент можешь потерять то, что стало всей твоей сутью, без чего в принципе жизнь не имеет смысла.
