Поэтому мужчина только проводил ведьму взглядом, когда ее, наконец, перевели в родзал, и остался ждать новостей.
Степан в это время не спал. Впрочем, бессонница владела им последние восемь месяцев, с тех самых пор, как он уехал с хутора. Теперь он особенно отчетливо понимал, какую же ошибку совершил. Как сглупил, струсив, и променяв себя, настоящего, на подделку. Подменив фальшивкой бриллиант, который ему безвозмездно отдали. Да, он испугался своих чувств, испугался всеобщего осуждения и порицания.
И пошел по пути наименьшего сопротивления. Попросту убежал от всего. Но разве от себя убежишь? Не смог он ничего забыть, и переболеть не смог, как ни старался. Даже, вон, семьей, типа, обзавелся… Еще одна ошибка. Теперь надо будет еще и с Ириной как-то решать, да и пацаненок к нему прикипел. Но он не мог! Не желал больше отрицать свою сумасшедшую нужду в совсем другом союзе. Необычном, и для кого-то запретном. Но нужном ему самому, как воздух.
Степан понятия не имел, как все вернуть.
О чем говорить, когда он даже не знал, как ей в глаза посмотреть. Где взять мужество? Да и с чего он вообще решил, что им это по-прежнему нужно? Ей и Игорю… Который теперь, вообще-то, ее муж, и будет вполне логично, если тот все зубы ему пересчитает только за один взгляд в ведьмину сторону. Степан не знал… Но он был готов абсолютно на все, чтобы все вернуть. Если существует хоть мизерный шанс — он им воспользуется.
Сразу же с утра, не откладывая разговор в долгий ящик, едет к Ирине.
Слава Богу, они не стали жить вместе, хотя женщина и намекала на такую возможность. Поворачивает ключ в замке и идет на голос разговаривающей по телефону женщины.
— Ой, да какой там… Недели две уже ничего не было. Проблемы у него после травмы.
Степан притормаживает у прикрытой кухонной двери.
— Люська, да зачем мне секс? У него фирма своя, денежная, да и к Кирюшке относится хорошо. Где я такого еще возьму? А для секса и здоровых мужиков полно.
Степан ненавязчиво постучал о дверной косяк, прислонившись плечом к стене.
Ирина заполошно повернулась, испуганно зыркнула на него и спешно прервала разговор:
— Чего же ты? Такая познавательная беседа, — замечает Степа.
— Степан, милый…
— Я все не так понял? — улыбается.
— Нет… Да, — растерялась женщина.
— В общем, я так понимаю, ты не будешь особо убиваться по поводу нашего расставания?
— Какого расставания? Ты что…
— Я как раз за этим пришел.
