Ведьма по наследству

– Знаешь, последние два дня у меня было такое настроение нестабильное, – призналась Юля, втыкая шипы в спину дракона, – и я решила подстраховаться: попросила Степана Аркадьича принести угли. В твоем заклинании против проклятия ведьмы фигурировал огонь счастливого дома, так я решила тоже его использовать, чтобы Глория уж точно получилась хорошей.

– Хуже не будет, – одобрила я.

Калитка отворилась, и красная вязаная шапочка домового показалась из-за лопухов. Он поставил у колеса Глории ведерко, в котором переливались бархатным жаром угольки.

Юлька отворила дверцу сейфа, взяла ведро вязаной прихваткой, которую протянул ей домовой, и высыпала угли внутрь. Замазав грудь дракона свежей глиной, Юля отошла ко мне на крыльцо и склонила голову набок, любуясь творением своих рук.

– Я шампанского купила, – сказала я, – чтобы отметить твой диплом.

– Отлично! – одобрила Юля. – А заодно обмоем Глорию, как корабль перед спуском на воду. Я так рада, что могу сделать что-то для тебя, Вася! Ярополк просто офигеет, когда к нему нежданно-негаданно подоспеет такая помощь!

– Это уж точно, – согласилась я, глядя на тираннозавра.

– Ты сомневаешься, что дракон, в которого я вложила всю душу, будет хорошим?

– Знаешь, тебе бы пойти в политики, – высказала я давнишнюю мысль. – Такие коварные вопросы задаешь. Давай-ка организуем закуску. Угостим заодно твою группу поддержки.

Мы настругали бутербродов, нарезали сыра, помыли виноград. Расставили тарелки и фужеры на маленьком столике у куста сирени. По центру устроился шоколадный торт, купленный взамен конфеток, съеденных мною в одно лицо.

Я открыла шампанское, и пробка выстрелила, как пуля из ружья. Правая фара Глории нацелилась прямо на меня, и под этим пристальным взглядом я почувствовала себя неуютно. Похоже, оставить дракона чахнуть во дворе означало обидеть Юлю – это раз, и приобрести сомнительный ландшафтный дизайн – два. Еще одно чудище вдобавок к Ереме мне точно не надо. Ладно, каплю живой воды я для него отжалею. Юля делала Глорию с душой, значит, она не может получиться плохой! Еще и с углями счастливого очага в сердце…

Мы подняли бокалы.

– За попутный ветер в крылья Глории! – произнесла Юля, чокаясь со мной. Ерема понюхал шампанское, поморщился и поставил бокал на столик. Степан Аркадьич махнул до дна. Водяной пригубил, жабры на его шее затрепетали.

– Ладно, не будем тянуть. – Я вынесла из дома бутыль с живой водой, протянула Юле. – Сделай это сама.

– Спасибо! – Юлька расцвела.