– Сделка, – объяснила я. – Мы договорились, и с этого момента…
Я осеклась, потому что на талию скользнула мужская рука, и движение получилось несколько странным. Недобрым и насмешливым одновременно.
Потом прозвучало:
– Это не сделка, Мила. Это издевательство. Настоящие сделки заключаются не так.
Воображение резко оживилось и нарисовало та-акую картинку, что щёки вспыхнули, румянец стремительно перетёк на шею.
Виер, глядя на это, замер, а через миг рассмеялся. Даже не так – он заржал!
Это было настолько неправильно, что я попробовала вырваться, а мужчина не пустил – наоборот, он притянул ближе, прижимая к собственному, не очень одетому телу.
– Пусти, – тихо потребовала я.
А в ответ…
– Я имел в виду условия. В сделке должны быть условия, взаимные обязательства, а ты их не озвучила. Так что это, повторюсь, не сделка. Но мы договорились. Вернее, договоримся, если поцелуешь меня ещё раз.
Я хотела сказать «нет».
Более того, заявить, что договорённость отменяется. Не надо мне такого. Я с такими придурками раньше не общалась и теперь не собираюсь!
Но…
«Бах», и я по звону стекла определила, что это был пузырёк с чудо-сывороткой, которая готовится три месяца. Три месяца! У меня оставалось ещё пять таких пузырьков, но, учитывая расход и востребованность в работе…
– Поцелую, и ты отпустишь, – сообщила я.
Сказала, и тут же поспешила выполнить условие – снова прижалась ртом, впечатывая губы в губы.
Понимала, что настоящий поцелуй немного не такой, там нужны какие-то движения, но что с неопытной ведьмы взять? Для нашего дела и так сойдёт.
Я целовала. Честно и без дураков! А рот Виерлена неожиданно приоткрылся, и я ахнула. Просто ощущение влажности и скользнувшего по моим губам языка было слишком необычным. Что он творит? Хам!
Я дёрнулась, но меня снова не пустили. Прижали крепче прежнего, и то, что произошло дальше, сильно выбило из колеи.
Виер обхватил мои губы своими, принялся посасывать их, дразнить, ещё и язык его совсем уж распоясался…"
"Жорик в кабинете отсутствовал. А достать из кармана «крапивное» обжигающее зелье рука почему-то не поднялась.
Точнее, знаю почему. Я растерялась, всё происходило крайне неожиданно. Настолько, что я даже кусаться не стала – позволила блондину сделать своё неприличное дело и всё.
