Оно какое-то редкое, но больное. Его пытались выходить, даже к магу-флористу возили, но никак. Так, может быть, вы?..
Договорить я не смогла. Хотела щедро отсыпать комплиментов про способность эльфов общаться с природой и всё такое, но, глядя, как меняются лица, запнулась. Появилось ощущение, будто предложила леди нечто неприличное. Даже не так – потопталась грязными ботинками по их белоснежным дорогущим коврам."
"Я застыла в недоумении, а эльфийки, включая Идриль, в этакой перекошенной брезгливости.
Какое-то время мы молчали, потом я не выдержала:
– Что такое? У вас для таких мелких дел какие-то специальные слуги? Или я нарушила какое-то правило? Говорить о растениях нельзя? – И нервная попытка пошутить: – Ни слова про герань?
Миг, и леди оттаяли, словно не бывало. Странную реакцию прямо-таки смыло, и сложилось впечатление, будто до моих слов леди и не знали, что с их лицами что-то не то.
– Нет-нет, ты ничего не нарушила, – сказала Талинэ поспешно.
– Всё в порядке, и говорить о растениях, разумеется, можно, – натянуто улыбнулась Литемель.
– Мы их просто обожаем.
– Мм-м… – Идриль отбросила простыню и встала, её взгляд вперился в горшок. – А это у нас вообще что?
Леди приблизились к растению и уставились внимательно. Талинэ даже произнесла название, но оно оказалось незапоминаемым – хуже, чем Виеров мат.
Эльфийки смотрели, тихо обсуждали, Литемель ещё и ногтем потыкала… А потом леди развернулись, и Идриль сказала:
– Мила, нам жаль расстраивать твою подругу, но магия тут не поможет.
Растение уже умерло.
– Как же оно умерло? – опешила я. – У него там новая почка торчит.
Почка и правда торчала – зелёная и, на мой непросвещённый взгляд, совершенно здоровая.
– Это ничего не значит, – отмахнулась Идриль.
Допустим, но…
– Вы хотя бы попробуйте, а?
Ну а что? А как? Меня Клисса просила, а это трио даже искру магии применить не удосужилось. Более того, они магию в принципе не призывали, и даже «мёртвость» растения определяли на глаз.
Разве это диагностика по правилам? Точно нет.
Новая пауза, натянутые улыбки, и Талинэ даже собралась что-то сказать, но не успела. Я сообразила раньше:
– Вы не можете? У вас какие-то проблемы с магией?
Язык мой – враг мой.
Прекрасные леди пусть на миг, но превратились в этаких оборотниц в промежуточной стадии трансформации – такая жуть, что и представить страшно.
Тут я снова подумала об их чахлой коже и общей некрасивости.
