Онлайн-библиотека книг
Маманя его так не обеспечила бы при всем желании. Между тем разговор продолжался:
– Я нанял тут одну... даже не знаю, как назвать. Мисс Робин Гуд! Ха-ха! Дурочка-Снегурочка! Я ей наплакался, что маманю мою грохнули, а я, мол, хочу отомстить. Она сначала – ни в какую: «Буду все проверять!.. Докажите, что это сделал ваш дядя!» Щасс! Вот прямо все брошу и пойду доказывать! Делать мне больше нечего. И так поможет, никуда не денется! Я ей навешаю лапши, что влюбился в нее. Вы, бабы, для любимого все сделаете.
– Ух, ты какой, оказывается, коварный мужчина! А может, ты и со мной.
– Не, Линуль, я тебя действительно люблю. Ты такая... необыкновенная! Таких женщин...
– Ну-ну, продолжай. Каких «таких»?
– Суперских. Таких поискать!
– Да? А что же во мне такого суперского?
– Все! Фигура – супер! Характер – тоже. Мне такие всегда нравились. Ты любишь приключения, риск, с тобой интересно! Ну-ка, иди ко мне, Линуля, ягодка ты моя сладкая...
Дальше послышались вздохи, звук поцелуев, потом ахи и охи.
– Николай? Это Полина.
Мне показалось, он очень обрадовался моему звонку:
– Полина! Вы? А я ждал, когда вы позвоните.
– Вообще-то у меня срочное дело. Николай, вы знаете, кто такая Лина?
– Вообще-то знаю.
– Это девушка вашего пле... Андрея?
– Нет, это моя дама сердца, как вы в прошлый раз выразились.
– Хм, странно... Тогда здесь какая-то ошибка. Николай, я у вас дома не заметила компьютера.
– Верно, у меня его нет. Зачем он мне? Я зарабатываю руками.
– В данном случае он нам просто необходим. А вы можете подойти к интернет-кафе, расположенному на вашей улице, совсем недалеко от вас?
– Могу, конечно, а зачем?
– Я дам вам прослушать запись. Один голос на ней – вашего племянника. А кому принадлежит второй – предстоит определить вам.
– Мне прямо сейчас подъехать?
– А вы что, заняты?
– Конечно, нет.
– Жду вас в интернет-кафе.
Я включила передачу и отправилась на улицу Комсомольцев-Добровольцев.
* * *Народу в кафе было много. Оно и понятно: выходной, да еще и вечер. Даже студенты уже освободились после своих занятий. В основном здесь тусовалась молодежь пятнадцати-восемнадцати лет. На меня они косились с недоумением: чего это, мол, тетка приперлась в такое неподобающее для нее место.
