Ведьмина доля

 — Летун? Да на кой черт ты ему сдалась, ведьма? Бумажки стибрит — и ага! Улетит, и не догонишь!

— Наблюдатель мне должен, — я старалась верить в относительную Гошину честность. — И я ему еще пригожусь. Отскребет и до врача доставит. А то и повезет, и все обойдется. И пронесет.

Жорик гнусно хихикал и издавал «проносящий» трубный звук. Зойка, заслышав, смеялась из кухни. Я закатывала глаза и в сотый раз повторяла:

— Знание — жизнь, — авторитетно возражал призрак, беспокойно шагая из угла в угол. — И чем больше первого, тем меньше второго.

Жизнь и шансы выжить уменьшаются прямо пропорционально приобретаемым знаниям. Поверь моему опыту, — убеждал безо всяких акцентов, надеясь вразумить.

— Волков бояться — в лес не ходить, — заявляла в ответ. — И, как сказал один мудрый человек, не бойтесь смерти. Пока мы живы, ее нет, а когда она придет, нас уже не будет.

— Дура девка! — не выдерживал в сердцах Жорик. И отчасти был прав.

После он доставал призрачную трубку и надолго запирался в ванной. Где уныло завывал и причитал, подражая приличным привидениям, и пугал моих соседей.

Один даже разбираться пришел. Но когда Кирюша открыл ему дверь и радостно уронил челюсть, сосед решил, что не туда попал, и быстро слился.

От круглосуточных размышлений спасала только работа. Я два дня бегала по любимым местами самой опасной нечисти и расставляла ловушки. Как только нечисть проявит излишнюю агрессию, сработает патентный амулет и активирует западню. Зойка ходила за мной по пятам и спрашивала, что к чему и зачем. Я смотрела на нее и убеждалась в правильности слов Риммы про «смену растишь».

Из девочки получится отличная ведьма для работы с нечистью.

Наблюдатель молчал и не подавал признаков жизни. Вспоминая о нем, я тщательно и усердно выскребала изо всех углов профессионализм, чтобы не срываться по мелочам и не лезть в драку из-за ерунды. Он раздражал своей любопытной натурой и стремлением вытащить на свет то, что видеть не положено. Но если отбросить два этих фактора, то с ним можно жить дружно. Приятный, обходительный, привлекательный, интересный.

Из тех, с кем хотелось застрять в лифте, часа на два и без камер. Но — если бы не «бы».

Верховная тоже молчала, и это беспокоило не на шутку. Томка в ответ на «Где?..» устало и монотонно повторяла: «Я за нее». Наблюдатели — бессовестные засранцы. В городе пыль столбом и дым коромыслом, а они… нашли время. Отец, кстати, не объявлялся. Мама тоже куда-то подевалась. Написала скудную смску — дескать, не теряй, и с тех пор молчок.