Ведьмина доля

Триста лет работы минимум… И понадеялась, что он не спросит, но…

— И сколько жертв надо для оживления?

Сволочь бессердечная…

— Очень правильный вопрос, — согласился он и снова подбросил в воздух иллюзию. Кристалл замерцал на свету, заискрил острыми гранями. — И ответ тебе известен.

Я помолчала, посопела в кружку и тихо заметила:

— А говорят, вас невозможно купить…

— Всё в этом мире покупается и продается, дело — в цене. И в слабых местах покупателя, — наблюдатель налил себе кофе. — И то, что это дело спустили на тормозах, то, что не уничтожили алтарь, то, что сохранили ключ-карту…

— …и то, что ты здесь неофициально…

— Да.

— Зачем? Тебе-то это зачем?

— Снятся, — ответил он просто. — С тех пор и каждую ночь. И те, кто умер. И те, кто еще может стать жертвой, — он устало потер небритую щеку: — Надоели… до смерти. Хочу закрыть… и алтарь, и это дело.

Ладно. Увертюра оценена по достоинству.

— А зачем это мне? Причем тут я и… мои способности? — я отставила пустую кружку.

— Кофе? — Гоша по-хозяйски загремел чашками-ложками и неожиданно извинился: — Ульяна, прости за допрос. Я не имел права проводить его… в таких условиях. Призрак верно заметил: я порой путаю живых людей и свои иллюзии. И иногда забываю, что люди — это не только работа. И что ведьмы — тоже люди, — и мне вручили чашку кофе: — Извинишь?

Голос вроде… человеческий, но взгляд холодный, прощупывающий.

— Тебе мое прощение не нужно, а я извинения для галочки не принимаю. И давай ближе к делу. Утро уже, а ночь была… непростой.

На нервной бодрости и силе духа я могла держаться до трех суток почти без сна, хотя при Изольде Дмитриевне выдерживала бессонную неделю с каждодневной максимальной тратой сил. Но знала, что усталость может в любой момент свалить с ног, камнем по маковке и в сон на пару суток. И появление этого «момента» не предсказать — может, через пару часов, а может, и через пару минут.

— Хорошо, к делу так к делу, — легко согласился наблюдатель и вернулся к столешнице.

Взял свою кружку, и передо мной повисла очередная иллюзия. Черно-белый портрет, небрежный карандашный набросок. Молодая девушка.

— После пещеры я начал копать. Перерыл гору материалов, но нашел папку с делом ведьмы, к которому прилагалась ключ-карта. Ведьма — ничего особенного.