Ведьмина тайна

Марьяна вернулась, поняла я, и попыталась стряхнуть с себя плющ. Безрезультатно. Скрипнула дверь, и в дом вошли двое – сначала, запинаясь, Вовчик, а следом, хмурая и суровая, ведьма. Что характерно, на лбу душки-бармена уже не было ни следа от удара. Поразительная регенерация.

– Уйди, – велела она коротко, и плющ, щекоча мою кожу, послушно сполз на пол. – Перекусываем и выходим.

Я не стала расспрашивать про обстановку в городе, захочет – расскажет. Но Марьяна не захотела. Мрачно указав душке-бармену на кресло, она занялась ужином.

А я заглянула в ванную – умыться и забрать вещи. И, открыв дверь, вспомнила: постирать-то постирала, но не развесила, уснув… А плющ снова удивил, да, – он развесил. Бриджи и майка, совершено сухие и чуть ли не отутюженные, висели собственно на плюще, чьи плети спускались с потолка. Ну и ну…

Переодевшись и умывшись, я приоткрыла дверь и замерла на пороге – застала любопытный диалог.

– Это ведь нечисть, – душка-бармен, поглаживая веточку плюща, не спрашивал, он утверждал. – И запрещённая магия.

Очень древняя. Давать нечисти вторую жизнь после смерти, привязывая её дух к живому созданию… Я слышал о таком, но думал, что умение потеряно.

– Кто-то теряет, а кто-то находит, – проворчала Марьяна, накрывая на стол. – И оно не запрещённое. Оно забытое. Не всё, что считается потерянным во времена охоты на ведьм, вредоносно и запрещено. Далеко не всё.

– Если бы ты доложила о нём Кругу, заклятье бы быстро распространилось, – заметил Вовчик. – У ведьм ведь нет секретов друг от друга, лишь Верховная имеет право хранить свои тайны.

Значит, ты его скрыла. Но пользуешься. Не чревато ли?

– Я тёмная, – ведьма расставляла тарелки, – и в Кругу не состою. Ушла лет пять назад – попросили как самую молодую и неопытную освободить место. Чтобы племянницу Верховной пропихнуть. Девчонка начиталась сказок о стародавних и в Ночь выбора захотела стать тёмной. А ну нас лимит: десять тёмных ведьм в Кругу, а остальные – или к наблюдателям, или на периферию, в деревню и подальше от интересных дел.

Наблюдателей я в гробу видела… да и они меня – там же. И я осталась на подхвате. А ты – если проболтаешься…

– Ни-ни! – заверил душка-бармен.

А Марьяна наконец заметила подслушивающую меня, но ничего не сказала, кроме простого:

– Рад, присаживайся. Перекусим и полетим.

– Но ведь ещё светло, – я с оглядкой пробралась мимо Вовчика и села за стол.

– А мы не с крыши стартанём, – ведьма открыла пикнувшую микроволновку и достала блюдо с блинами. – А из леса.