Ведьмина тайна

Я махнула ему рукой и поспешила за ведьмой. Вовчик пристыженно поплелся следом.

Второй – или первый, нормальный – полет я запомню на всю оставшуюся жизнь. Невероятное ощущение невесомости, когда вся «опора и поддержка» – это жёсткая диванная подушка, а под ногами плывёт земля. Далёкие волны трав с абстрактными кляксами цветов, шелестящие макушки берёз – и машины, пролетающие по серому полотну трассы. И свежий, пьянящий ветер в лицо. И небеса в закатной дымке – близкие, обнимающие.

Сидя позади Марьяны, убеждённая ею в «не упадем, держу» и «не увидят, мы под заклятьем», я, поймав на взлёте адреналинового кайфа, теперь ловила дзен.

Высоты я никогда не боялась – выросла на десятом этаже, постоянно смотрела майские салюты с крыши дома, с бывшим жила на шестнадцатом… Да и ведьма-«родственница» под боком. И я растворялась в потоках тёплого закатного ветра, забывая о проблемах, смертях, встречах… да и о себе. Слушала ветер – была им – и ни о чём не думала.

Город встретил нас туманом – густая дымка скрывала большинство домов, лишь несколько высоток бизнес-центров торчало из молочной пелены.

Я изучила маковки архитектурных шедевров из стекла и бетона, вызолоченные последними закатными лучами, и догадалась:

– Чтобы нечисть не нагрянула, – отозвалась Марьяна, не оборачиваясь и держа курс к одной из высоток. – У всех крупных городов есть подобная защита от нападений незарегистрированной нечисти. Если её число превышает десять особей, то включается или туман… или дождь.

Да, внезапный тревожный ливень случился, но…

– Увы, – ведьма пошла на снижение.

 – Нечисть прорвала нашу оборону. Их больше. И они использовали нашу же силу, чтобы попасть в город.

Я вспомнила накрапывающий дождик без туч и повела плечами, ёжась. Как же мне повезло со связями…

Марьяна обогнула высотку и влетела в единственное открытое окно, приземлившись посреди просторного полупустого холла. «Полу-» – из-за отсутствия людей, но не мебели. Круглое помещение занимали кожаные диваны и кресла, столики с чайными принадлежностями и кулеры у стен.

С подвесного потолка лился мягкий свет от обычных ламп, а настенные часы показывали одиннадцать. Глухая современность – и никакого волшебства.

Вовчик тут же плюхнулся на диван, а Марьяна повернулась ко мне и потёрла руки:

– Можно? Кое-что проверю. Верховная будет смотреть твою память, и… Сама понимаешь. Мы сохранили право на тайны, но стараемся их не афишировать. Хочу убедиться, что папа поставил на тебя маскирующее заклятье.