Ведьмина тайна

– В тех местах, куда привели письма, находятся защитные артефакты, питающие могильник, – я встала и протянула ему записную книжку. – Плюс нужна кровь ключа.

…и у меня теперь есть шарфик.

– Ясно, – у Бахтияра и рука дрогнула, и что-то в глазах. – Научная работа на кухонном столе. Введение, три главы и заключение. Почерк страшный, но, думаю, это чистовик. А для заклятья Гуня, скорее всего, использовала речь-выступление.

– Три главы? – уточнила я.

– Да, три. Точно. Осталось последнее письмо, верно?

Я достала новый лист-гармошку из кармана и развернула.

– Ну да, – прищурился, наклонившись, заклинатель, – это заключение.

Мне вдруг стало страшно. Безвестность и подвешенность, конечно, тяготили и напрягали, но финиш – там, где захоронена стародавняя нечисть, там, куда нет ходу непосвященным… Финиш пугал до дрожи.

Прошмыгнув мимо Бахтияра, я зашла на кухню, включила воду и сначала сполоснула лицо, а потом зависла, держа руки под струёй прохладной воды. Она брызгала во все стороны, пятная бриджи и стекая по предплечьям, но я не убавляла напор.

– Не паникуй раньше времени.

Бахтияр, вопреки моим ожиданиям, не закапывался в записную книжку сестры, а стоял позади меня.

– Не паникуй, – повторил он, – мы тебя не бросим. Я тебя не брошу, – и странно улыбнулся, – что бы обо мне ни говорили ведьмы Круга. И что бы ты обо мне ни думала. Я никогда не бросал тех, за кого отвечал. Кроме… Я надеялся, что она повзрослела, и Круг её защитит. Зря.

– Знаешь, о чём я думаю? – я выключила воду и взяла полотенце. – Гульнару или дар с ума свёл, или чьё-то воздействие.

– Зерно не приживётся, если попадёт в неподходящую почву, – заклинатель сгрёб со стола разложенную по двум папкам работу сестры. – Она всегда была… такой. Подверженной чужому влиянию. Я прикрывал её, как мог. И, честно говоря, надеялся, что без меня она научится жить своим умом, – и сухо повторил: – Зря.

– А она была мстительной? – в записной книжке об этом ни слова, да, но столько горечи в простом «Так плохо… Ради чего?.

– Не сказал бы, – Бахтияр посмотрел на меня внимательно и с подозрением. – А что?

– А с квартирой как быть?

– Сообщу ведьмам. Вычистят. Главное мы забрали.

Но перед уходом я снова спросила у Глона – всё ли, и пёс, принюхавшись, кивнул. Я уходила с тяжёлым сердцем и затаённым страхом. Заклинатель тоже нервничал и не скрывал этого – зажав под мышкой папки, шагал впереди меня быстро и сутуло.