Собеседник скривился, отчего его жирная физиономия приобрела еще один подбородок.
— Дался вам этот леший. Ну, допустим, я согласен.
— А еще, — добавил я. — Все, что я расскажу, останется между нами. Так что?
— Но зарок вступит в силу, только если я стану Водяным царем, верно?
— Верно, — согласился я.
И мы пожали руки. А затем я вытащил покрывало, которое впитало кровь, если ее можно так назвать, Водяного царя, и протянул водяному. Тот отпрянул, словно от чумы и испуганно поглядел на меня. Я же спокойно убрал тряпку обратно.
— Объясни! — потребовал он.
— Я убил Водяного царя. Но не на закате, пару часов назад, а на рассвете. Заманил в ловушку и убил. Вечером я лишь инсценировал его смерть. Затем убил его правую руку, такого симпатичного водяного с внушительными губами. Да, да, это тоже моих рук дело. Это не все. Потом я поехал к другому водяному, который такой худой, красивый, под ним еще все русалки. И отправил его в чухонской нечисти для мнимых переговоров.
— Как?! Почему он тебя послушал?
— Неважно.
Суть в том, что завтра на закате, когда станут выбирать нового Водяного Царя, его тоже не будет.
Во взгляде этой толстой нечисти был такой страх, какого не бывает у женщин, которых обнаруживают мужья за прочтением переписки в телефоне. Однако вместе с тем читалось еще что-то. Надежда, воодушевление, жажда чего-то?
— Зачем тебе все это?
— Я же уже сказал. Из-за лешего. Твой прошлый царь выбрал не ту цель для войны. И поплатился за это.
— Ты понимаешь, что будет, если я расскажу все это тому же воеводе? — спросил он.
— Пока зарок не вступил в силу."
"— Он тебе не поверит. Доказательств никаких. К тому же, мне кажется, у тебя за текущие сутки будут более важные дела. Надо обработать всех водяных, которых ты знаешь. Включая тех, кто под Ихтиандром. Ну тем, русалочьим водяным.
— Ты прав, — потрясла подбородками нечисть.
— Еще кое-что, — сказал я напоследок. — Если ты вдруг захочешь обойти зарок, обмануть меня или причинить мне вред, помни, что случилось с прошлым Водяным царем и его правой рукой.
— Угрожаешь мне? — сузились и без того крохотные глаза нечисти.
— Предупреждаю.
Я развернулся и пошел к машине, давая понять, что наш разговор закончен. Наверное, не будь я таким уставшим, то чувствовал себя невероятно круто. По сути, я действительно сделал почти невообразимое. Нагнул водяной мир и спас лешего. Про меня бы точно в какой-нибудь рубежной газете напечатали, если бы можно было рассказывать.
