Я так и стоял, глядя ему вслед, как завороженный. И лишь перестал смотреть, когда мимо пронеслась машина, блеснув красным светом фонарей, и остановилась возле нечисти.
— Зря так отпустил, сс… — пробормотала Юния.
— Помолчи хоть сейчас, — сказал я, глядя, как перевертыш садится в машину.
Мне казалось, что брать попутчиком ночью красивую полуголую девицу намного опаснее, чем бритого урку. У нормального человека точно бы возник вопрос — откуда она здесь взялась?
Я сел обратно в машину, растирая виски пальцами.
А потом посмотрел по навигатору — куда мне хочется отправиться. По поводу «хочется» — это я пошутил. Скорее, именно сейчас, в темень, переться к Вуоксе не было никакого желания. Но что тут делаешь? Все начатое нужно доводить до конца. Жалко, конечно, что перевертыш меня покинул. Но тут он прав на все сто. Свою часть договора доппель выполнил.
До владений третьего по силе водяного (а ныне уже второго) я ехал долго, почти час. Во-первых, начнем с того, что и путь был неблизкий.
Во-вторых, не хотелось гнать ночью и пополнять удручающую статистику ДТП. Зато постепенно отступил голод. Что до жажды — в машине еще валялась та бутылка минералки, купленная Витей. В общем, жить можно.
Такое ощущение, что организм понял — ничего хорошего со мной ловить не приходится, поэтому стал приспосабливаться. Действительно, я же рубежник, в конце концов. Я почти как супергерой, только трусы поверх одежды (потому что не гигиенично) не ношу и плаща, который развевается на ветру, у меня нет.
"
"Так я добрался до Лесогорского, если верить указателям. Лишь поехал не в сторону Светогорска, а напротив, только переехав Вуоксу, сразу повернул направо. Мелькнули во тьме дома, пахнуло дымом, где-то лениво, отрабатывая вечерний ужин, забрехала собака. Правда, тут же все прекратилось, вновь уступив власть природе. Места у нас такие, глухие и не испорченные цивилизацией. И чем дальше, тем краше.
Я остановил машину на обочине, взяв заготовленное сегодня молоко и зашагал к реке.
Вообще, путешествовать по природе во тьме — занятие такое себе. Даже с рубежным зрением. Сколько раз я оступился — и считать не стал. Однако после всего произошедшего я даже для серьезного расстройства устал. Потому когда упал — просто поднялся на ноги, растирая расцарапанные ладони, а потом пошел дальше. Подумаешь, небольшие неудачи. На них можно даже внимания не обращать.
К Вуоксе я выбрался в месте, где она как раз расширялась.
