И лярва, можно сказать, умерла сама. Напоролась на меч и тут же развеялась в воздухе. Лишь ее эфемерное тело осело на землю в виде золы.
Мой хист колыхнулся, но едва заметно. Словно купил бургер, но вместо того, чтобы им закусить, только кунжутную семечку откулупнул. Зато произошло кое-что другое, более любопытное.
Меч полыхнул и словно открылся мне. Теперь он уже удобно лежал в руке и казалось, что каждый взмах отныне будет не неуклюжей попыткой пораниться. Скорее наоборот.
Помимо этого я словно получил информацию о нем.
Это оказался далеко не просто меч. Настолько древний, что многие ведуны ему и в подметки не годились. Он был способен ранить или убить тех, кто терял форму или попросту не имел ее. А еще в его власти оказалось находить спрятавшихся существ.
Я пока не вполне понял, что это значит. Будто читал в переводе этикетку об использовании. Вроде слова все знакомые, а в нормальное предложение не складываются. Но то ничего, разберемся со временем.
— Принял, сс… значит, он тебя. Либо повезло, либо… — Лихо замолчала, нагоняя драматизма.
Я решил не вестись на ее провокации и не переспрашивать. И выбрал правильную тактику. Потому что Юния довольно скоро продолжила.
— Много денег сэкономил на определении. Чудь бы цену заломила, сс…
Да, помнится, с очками у меня знатная неприятность вышла. Если бы не Изнанка, так бы и не понимал, как ими пользоваться. Точнее, при каких именно условиях.
— Придавить ее бы надо, — стал я подыскивать подходящий камень.
— Я тебя умоляю, сс… Слабая нечисть, пусть и непростая.
Ни в кого она не возродится больше. Плюнь и пойдем уже, сс…
— Порядок есть порядок, — подобрал я подходящий булыжник.
Меч, кстати, оказался острым. И больше того, слушался прекрасно. Словно живой был. Я быстро нацарапал на камне прямую линию, вложил в него хист, и положил на ту кучку золы, в которую обратилась лярва.
— Слов последних говорить не буду, — сказал я.
— И не надо. И так времени здесь потратили, сс… Как с тобой девки спят? Ты же скучный до зубного скрежета.
— А я с ними в постели особо не разговариваю, — огрызнулся я.
— Мотя, а что тут вообще происходит?
За всеми рубежными делами и препирательством с Юнией, я почему-то забыл о самом главном. Что Ольга по-прежнему еще находилась здесь. И судя по ее затравленному лицу, находилась в крайней степени офигевания. Жена Костяна сейчас пыталась сделать из своего мини — макси, оттягивая платье вниз.
— Ох, как бы в двух словах объяснить. Тебя, типо, заворожили.
