Но что за привычка все мороки наводить через самое слабое мужское место? Что русалки, что лярвы. А сколько подобной нечисти на земле, имени которой я пока даже еще не знаю?
Я надавил хистом и почувствовал ожесточенное сопротивление в районе головы девушки. Будто она находилась в каком-то мотоциклетном шлеме. А потом вдруг Ольга меня… укусила. Да так резко, неожиданно, что я даже отпустил ее. Она с решимостью разъяренной фурии вскочила на ноги и собралась было улепетывать опять. Но тут в дело вмешалась Юния.
— Подсоблю, сс… Как ты до ведуна-то дорос вообще непонятно?
Ответить мне Лихо не дала, потому что стала говорить негромко, но мягко, неторопливо, обволакивающе.
— Скоты они все, сс… да? Не понимают тебя, только используют?
— Да, — вдруг остановилась и всхлипнула Ольга.
— Даже пальца твоего, сс… недостойны. Такой как ты на миллион не сыщешь.
Вообще, было похоже на речь какого-то недокоуча. Мол, ты сильная, ты матерая, ты не знаешь, что такое отступать. Однако забавнее другое — это работало.
Ольга продолжала стоять на том же самом месте, где ее настигли слова Лихо. А вот от нее отделялось нечто, похожее на женщину.
И что совершенно точно — это вряд ли можно было принять за душу или ауру. Тень, а больше всего лярва походила именно на нее, оказалась угольно-черной. Даже непрозрачной. В ней угадывались женские черты, но как-то мимолетно, расплывчато. В целом виделось, что все это уже давно не человек.
А я опять мысленно возвел руки к небу. Скажи мне, Мать-природа, зачем тебе вот это? Я привык к помоечникам, которые больше похожи на крыс.
Даже к вороватым пьяным чертям, потому что и в этой навозной куче можно найти Митю. Блин, я принял существование лешачихи. Но как оправдать наличие в рубежной жизни этого паразита?
С другой стороны, в моем прежнем мире тоже хватало того, без чего можно прекрасно жить. К примеру, клещи, медузы или борщевик. Просто я своей логикой не понимаю, зачем эта хрень. Природа не размышляет понятиями — как бы облегчить жизнь Зорину Моте.
— Ты чего, сс… стоишь, долго мне ее держать еще?
Когда Лихо обращалась ко мне, то той мягкости и благодушия в ее голосе не было.
Даже обидно как-то. Впрочем, чего я удивляюсь? У женщин с мужчинами так постоянно. Как только знакомятся, узнают друг друга — сразу перья распушат, показывают лучшую версию себя: чулки, мэйк-ап, что ни наряд, то как минимум на показ Парижской недели моды. А как пройдет время и поймут, что птица попала в клетку — коготки выпускают. И все.
