Вроде внешне почти не изменился, такой же гипертрофированно огромный, вот только взгляд другой. Злой, словно ожидающий насмешки. Да и я сам не мог отделаться от образа того обгадившегося человека, который беспомощно сидел в коридоре. Но все же поздоровался, делая вид, что ничего не случилось.
Как видимо, зря. Потому что Саня недобро посмотрел на меня и кивнул. Разве что взгляд еще задержал на рубцах. Ну да, я теперь ему почти ровня. А учитывая все многочисленные ништяки, в том числе и от Изнанки, как бы не сильнее.
Правда, на его стороне опыт и умение управляться своим хистом. Думаю, после истории с перевертышем, Печатник стал намного осторожнее.
Хорошо, что долго оставаться наедине со спасенным мною рубежником, который этого совершенно не оценил, не пришлось. Довольно скоро из зала вышло несколько ратников, а Саня пошел и доложил обо мне.
— Явился, — вместо «Матвей, чертовски рад тебя видеть» сказал Илия.
Я даже язвить не стал. Просто поклонился и встал, ожидая, когда воевода начнет говорить что-то по существу.
Он же не чтобы показать свое плохое настроение вызвал?
— И где был? Со вчерашнего утра тебя призываю.
— Мне всегда казалось, чтобы не получать глупые ответы, необходимо не задавать подобные вопросы. Знаете же сами, Илия Никитич, если не отозвался…
— В другом мире был, — проявил чудеса проницательности воевода. — В первый раз ходил?
Я кивнул. Хотя бы потому, что лично для себя решил не вспоминать то недоразумение с Былобыславом. Это можно было сравнить с первым сексуальным опытом — быстрое, невразумительное и лучше на публике о подобном не рассказывать.
— И как тебе Изнанка?
— Жестко, сильно, неприветливо.
Почему-то мои слова повеселили Илию. Тот согласно покивал, мол, я все сказал в точности, как оно и было.
— Такая она. Как ты подметил, неприветливая. Никто не понимает, что ей надо. Сколько себя помню, один раз всего лишь рубежника приняла. Да тот блаженный был, под ноги смотрел, чтобы ненароком на насекомое какое не наступить, да драки стороной обходил.
Ушел на Изнанку, да там и пропал. Ну да не наш это мир, о нем и говорить нечего. Если кусок пожирнее урвать или выгоду поискать,, то туда можно сходить, а если жить, то лучше нашего Выборга нет.
Угу, прямо санаторий, а не место. Правда, иногда тут убивают, кощеи тайком бегают, да кроны водятся. Но в целом — просто рай.
— Чего я тебя призвал-то. Договорился с Водяным царем о твоей просьбе. Готов он к извинениям и дарам. Тут как раз в конце недели Летние мокриды.
