Вегетация

Здоровенный Калдей с треском полез вниз, в недра подъёмного крана, точно медведь в малинник, и, пристроившись, принялся колотить прикладом автомата в окно, пока оконная рама не выскочила из пазов — а стекло даже не треснуло. Калдей яростно выворотил раму наружу. Из кабины к нему уже кто-то тянулся.

Егор Лексеич ждал, расставив ноги и сцепив руки за спиной, — суровый и непримиримый. Алёна, Талка и даже Вильма подошли к бригадиру, с любопытством вглядываясь в пленников. За журчащим Инзером над лесами и хребтом мрачно догорала узкая щель заката.

По тёмному небу плыли косматые тучи. Одного алабаевца вели Фудин и Матушкин, они имели победный вид, словно взяли врага в бою; другого алабаевца волочили на себе Калдей и Серёга: этот мужик был совсем плох — окровавленный и безвольно обвисший.

Уцелевшего пленника поставили перед Егором Лексеичем. Алабаевец был одет в камуфляж; половина головы у него была модно выбрита, а на голом черепе извивалась причудливая татуировка с хищными завитушками.

— Ну ты и расписной, — хмыкнул Егор Лексеич.

Алабаевец улыбнулся, блеснув в сумраке отличными зубами.

— Бросили вас свои, да?

— Думаю, они ещё вернутся, господин Типалов, — сказал пленный.

Егору Лексеичу стало неприятно, что его назвали по фамилии. Значит, алабаевцы в своей бригаде обсуждали его персону — хуйню всякую говорили.

— Напарник твой не доживёт, — возразил Егор Лексеич.

— Всё не так уж и скверно, — алабаевец встряхнулся, обретая уверенность. — Сотрясение — не смертельно. Рану на плече я ему перевязал.

А сломанную ногу хирурги подлатают.

— У меня тут не больничка.

— Договоримся как-нибудь, — снисходительно пообещал алабаевец.

— А с Холодовским Саней ты договоришься? — спросил Егор Лексеич.

Он ещё не придумал, что делать с уцелевшим «спортсменом», но раненый ему точно не был нужен. А за Холодовского надо поквитаться. Егор Лексеич не испытывал желания отомстить. Саню убили — что ж, так получилось, никто не виноват, и Алабай не виноват. Однако напрячь свою бригаду — это в масть.

— Алёна, снимай с телефона, — распорядился Егор Лексеич.

Алёна тотчас обо всём догадалась и достала телефон.

Егор Лексеич взял у Фудина автомат и, отомкнув, посмотрел рожок.

— Вы что затеваете? — занервничал пленный.

— Обраточку пошлю Алабаю, — буднично пояснил Егор Лексеич.

Митя и Щука у мотолыги застыли, вытянувшись. Митя не мог поверить, что Егор Лексеич собирается расстрелять пленного. Бред какой-то!..

— Пиздец! — тихо охнула Щука.