Вегетация

Восемнадцать лет — а всё уже при ней. И характер — бронебойный. Эх, была бы она парнем… Нельзя сказать, что Егор Лексеич любил племянницу. Слишком уж своевольная. Но она заставляла считаться с собой, и Егор Лексеич признавал это достоинство.

— Я же понимаю, что ты меня под Харлея подложил, чтобы держать его при себе на поводке, — ухмыльнулась Маринка.

Егор Лексеич догадался, что разговор у них серьёзнее, чем показалось поначалу. И ему понравилось, что племянница раскусила его хитрость.

— Ну молодец, что прочухала, — с удовольствием признал Типалов.

— Возьми меня в командировку, — твёрдо повторила Маринка.

Егор Лексеич в сомнении почесал скулу.

— Я же тебе, Муха, столько лет заместо отца… А какой отец пожелает дочке в лесу работать? Лидия меня пришибёт. — Лидией звали мать Маринки. — Она мне до сих пор в глаза тычет, что Пётр ушёл, хотя я тут ни при чём.

В тополях на автобазе беззаботно чирикали птички.

— Если не возьмёшь меня, дядь Гора, я трек Харлея другим бригадирам солью, — Маринка говорила спокойно и беспощадно. — А другие бригадиры наготове, и Бродяги у них есть. Попрощайся тогда с Ямантау.

Это был умелый и сильный удар.

Егор Лексеич рассматривал племянницу с недоверчивым уважением и в общем одобрительно. Он не разозлился на шантаж. Чего злиться-то? Жизнь устроена так, что каждый карабкается как может.

— Ну, тогда лады, — улыбнулся Егор Лексеич. — Значит, уговорила. Ты же мне племяшка, а я — дядька покладистый.

— Без обид, да? — на всякий случай уточнила Маринка.

— Свои же люди, — кивнул Егор Лексеич. — Но ты скажи мне на берегу, красава: на кой хер тебе командировка? Деньги нужны? Так я дам.

Маринка скорчила презрительную гримасу и отвернулась.

— Я хочу стать бригадиром, — с вызовом ответила она.

Соцгород Магнитка (V)

Серёга шагал быстро и объяснял Мите на ходу:

— У него Бродяга пропал, Харлей звали. Хер знает, куда делся. А ты скажи, что там, на «Гарнизоне», ты работал с этим Харлеем и он показал тебе нужные деревья. Ну, типа ты их знаешь и тоже можешь показать.

— Я же ничего не помню, — возразил Митя. — Что я могу ему показать?

— Да херня! — раздражённо ответил Серёга.