Вегетация

— А на комбинате знают, чем их бригады в действительности занимаются?

— Конечно, знают! Не долбоёбы же там в начальниках!

Серёга, а за ним и Митя свернули во двор — такой же, как у Серёги: дома по периметру, акации, самодельные гаражи, детские площадки.

— Кто же тогда запрещает деревья рубить? — осторожно спросил Митя, чувствуя закипающее Серёгино недовольство.

— Ну кто-кто?.. Китайцы! Мы же на них пашем!

— Китайцы? — поразился Митя. — А они тут при чём?

— При том, что война идёт! А они нас победили!

Серёга подошёл к подъезду, в котором жили Типаловы.

Пожалуй, не стоило сразу показывать Егору Лексеичу своего брата-близнеца — это отвлечёт Типалова от главной просьбы. Пусть бригадир сперва пообещает взять Серёгу с собой в командировку, тогда можно и брательника предъявить.

— Ты посиди тут у подъезда, потом я тебя позову, — распорядился Серёга.

— Погоди! — задержал его Митя. — Пока ты занят, дай мне свой телефон, пожалуйста. Я посмотрю в Сети, может, чего-то пойму…

 Серёга подумал, вытащил телефон и протянул Мите:

— На.

Только за порнухой не лазий, нахватаешь там мне вирусов…

Подъезд у Типаловых был ухоженный, красивый: богатый бригадир, конечно, не пожалел денег на ремонт. Серёга потоптался у крепкой двери Егор Лексеича, собираясь с духом, и надавил на кнопку звонка. За дверью звякнуло, но никто не открыл. Серёга снова нажал на кнопку. Результат тот же. Серёга подумал, постучал костяшками пальцев и произнёс погромче:

— Егор Лексеич, это Серёжа Башенин!..

Открылась соседняя дверь — в этой квартире жили Маринка с матерью.

Лидия Алексеевна стояла в халате и непричёсанная.

— Чего тарабанишь, Серёжка? — сказала она. — Выспаться не даёшь после смены… Нету Егора. В командировку он уехал.

С матерью Маринки Серёга был в очень хороших отношениях. Он видел, что нравится Лидии Алексеевне. Конечно, хороший парень с комбината для Маринкиной мамы был куда приятнее нелюдимого Харлея. Лидия Алексеевна по своему опыту знала, каковы Бродяги.

— В командировку? — опешил Серёга. — Без Харлея?.

.

Лидия Алексеевна, отвернувшись, зевнула:

— Дак сколько за ним бегать надо?.. Без него. Егор сказал, что вытащит Петра с берлоги и заставит поработать. Тот вроде ещё чё-то соображает.

— Дак отца Маринки-то.

Отец у Маринки ушёл в лес незадолго до появления Харлея. Маринка говорила, что он живёт где-то в Белорецке, в заброшенном доме. Одичал, как все ушедшие в лес Бродяги. А раньше — до Харлея — он работал на Типалова.

— А сама Маринка? — напрягся Серёга.