Вегетация

Дерево, без которого древесина других деревьев не превратится в бризол. Дерево, из которого производят пиродендрат, если, конечно, бригадир найдёт «вожака», срубит, вывезет к дороге и сдаст городским закупщикам.

— Митяй, — Серёга сообразил, что ему лучше скрыть от брата свои чувства. — Митяй… Ты того… Ты Бродягой стал. Только Бродяги могут «вожака» с других деревьев отличить… «Вожак» для них — горячий.

Дорога на Банное (II)

Увязая гусеницами на топком берегу, мотолыга медленно заползла носом в бурую воду озера и остановилась.

Двигатель тихо клокотал. Через дверку в стальном коробе Типалов и Холодовский вылезли на капот. К правому борту вездехода была прикреплена гофрированная труба из толстой резины; Типалов вытащил её из зажимов и подтянул вперёд. Холодовский задрал крышку трансмиссионного отсека и присоединил горловину трубы к фитингу насоса, Типалов сбросил другой конец трубы с мотолыги в воду.

Озеро лежало на полпути между Магниткой и горами. За кромкой леса на дальнем берегу поднимался пологий и промятый хребет, тёмно-синий на фоне золотого заката.

Сопел и всхлипывал насос, в камышах крякала утка.

Егор Лексеич вернулся к бригаде.

— До войны обычное озерцо было, ничего такого, — пояснил он. — Потом лес с радиации вырос. Деревья падали в воду, гнили. Понятно, что и «вожаки» тоже. Пошёл процесс, как в конвертерах на комбинате. Теперь это охеренная лужа бризола. Бесплатная заправка для всей техники на округе. Только воду надо отжать и бризол отфильтровать.

Подождём малёхо, пока баки заправятся.

— Жрать уже охота, — пробурчал Калдей.

— Может, бутербродики сделать? — спросила у бригадира Алёна.

— Давайте, девушки, — согласился Егор Лексеич.

— Назипова, достань консервы, — сразу же распорядилась Алёна, деловито одёргивая на себе синий спортивный костюм. — Мариночка, где ножики?

Костик стоял и глядел поверх короба.

— А кто там ещё заправляется, дядя Егор?

Вдали виднелся другой вездеход, беспилотный, на шести толстенных колёсах, с двухколёсной цистерной на прицепе.

Сунувшись рылом в озеро, он тоже выкачивал бризол через длинный хобот заборника. Звука его двигателя слышно не было — всё заглушали урчанье насоса в капоте мотолыги и плеск воды, которую выбрасывало из патрубка фильтра.

— Просто бункеровщик, — пожал плечами Егор Лексеич.

— Может, чумоход? Дай шарахну с базуки? — мгновенно загорелся Костик. — Я в школе на сборах лучше всех стрелял!

— Не нападает же, — сказал Матушкин.