Вейн

Или ты уже готова все мне рассказать?

— Где гарантии, что я останусь жива, когда все расскажу? — хмуро спросила она. — Ты не веришь мне, но и у меня нет причин доверять тебе, Ксандр. Жажда мести у тебя на лбу написана. Изменить прошлого я не могу, как бы ни хотела.

Он сел напротив, закинул ногу на ногу.

— Ты могла бы попытаться объяснить мне, Вейн. И постараться вымолить прощение.

Путница задумчиво посмотрела на мужчину, а потом покачала головой.

— Не думаю, Ксандр, что тебе нужно это. Ты хочешь мести, а не прощения.

— Ты могла бы попытаться, — со злой насмешкой протянул он.

Она скользнула на пол, на колени, почти прижалась грудью к его ногам, закинула голову, глядя в серые глаза.

— Прости меня, Ксандр, — проникновенно прошептала она, — прости…

Он застыл, лицо чуть исказилось, словно от боли. Потом мужчина резко оттолкнул ее, встал, отошел к окну.

— Лгунья, — равнодушно сказал он. — Есть только один вариант, Вейн. Обратиться к Тьме и связать сущности. На время луны ты не сможешь соврать и все мне расскажешь, а я не смогу убить тебя, как бы мне этого ни хотелось.

Она спокойно смотрела на него, а сама лихорадочно пыталась сообразить, что ответить. Отказаться она не может, чем объяснить отказ? Сопротивляться силе истинной Тьмы, тем более… Даже ее защита на это не способна. Но и согласиться никак… Потому что камень она Ксандру не отдаст, ни за что. Это ее удача, залог того, что Смотрящие пойдут на уступки. Или голова Призрака, или камень. И правду она тем более не расскажет.

"— Насколько я помню, — медленно сказала, — такую связку можно сделать лишь на молодой луне, когда сила Тьмы на пределе…

— Да, придется потерпеть тебя две недели, — сухо сказал Ксандр, принимая ее вопрос за согласие.

— Надеюсь, эти две недели мне не придется жить в подземелье? — съязвила Вейн, за ехидством скрывая дрожь голоса.

Он легко поднялся.

— Ты останешься здесь. И я позабочусь, чтобы ты больше не смогла войти в слой. Хотя, признаюсь, ты меня впечатлила, не ожидал, что такое возможно.

Ксандр пошел к двери, задержался на пороге, щелкнул пальцами. И шею девушки снова обвил узкий серебряный ошейник. Мужчина усмехнулся и вышел, без стука закрыв за собой дверь.

Вейн без аппетита доела, понимая, что понадобятся силы, размышляя при этом, что ей теперь делать. Жалеть о совершенной глупости и о том, что не смогла убить Темного, когда была возможность — бессмысленно.