Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018

Надо было ему в морду всё-таки дать, подумал Феликс. Боялся бы. А так позволяет себе юродствовать, фигляр проклятый.

— Ваш президент, — почти торжествуя, сказал Виктор Бергамаско и цыкнул сквозь зубы.

— Спиридонов, что ли? — с облегчением вздохнул Феликс.

Это была его любимая тема. Он знал о президенте буквально всё. Недаром на каждом углу и в каждом киоске продавалась книга Феликса Родионова «Отец русской демократии». И ему до сих пор за неё не было стыдно, поэтому он мог подписаться под каждым словом, сказанным в ней.

— Ну да, — ухмыляясь, потянулся к бутылке Джон Кебич.

— Это я знаю, — равнодушно ответил Феликс.

Нашли дурака, подумал он. Я вам и не такие байки поведаю.

— Чего ты знаешь?! Чего ты знаешь?! — прервал его Виктор Бергамаско. — Как так получилось, что после такой прививки и снова еврей?

— Какой прививки? — спросил Феликс. — Ах, ну да… — Он вспомнил о том, кто создавал советское государство. — Так это ж было когда? Хотя история склонна повторяться, — добавил он кисло.

Разговор стал его забавлять. На какое-то мгновение он даже забыл о Лоре Гринёвой, хотя то и дело слышал её серебристый смех. Что эти два козла могут понимать в нашей русской жизни? Ничего. Ничего они не понимают. Рассуждают штампами и клише. Уроды! Он снова поднялся, чтобы уйти. Серебристый смех Гринёвой заставлял его спасаться бегством.

— Сиди! — хлопнул Джон Кебич его по плечу.

— Мы хотим, как это по-русски? — сказал Виктор Бергамаско. — Раскрыть тебе глаза.

— Открыть глаза, — с превосходством поправил его Феликс.

— Ага… Ну да, — пьяно кивнул Джон Кебич и, не чокаясь, проглотил свою водку.

Он едва не промахнулся мимо стола, водружая стакан на место.

— Михаил Спиридонов благополучно избежал ежовых объятий государства, — заученным голосом сказал Феликс, — а когда вышел в президенты, то у него было два козыря.

По сути, он цитировал свою книгу, которую помнил наизусть.

— А пятая графа? — спросили они хором, не слушая его.

В этом и заключалась, должно быть, их ловушка, но она не сработала.

— Пятой графы давно уже нет.

— А у народа? — спросили они, торжествуя.

Знали, сволочи, психологию масс.

— А народ купили! — выдал им Феликс чуть-чуть цинично то, что так любят американцы. Они называют это попаданием в «бычий глаз».

— Как? — страшно удивились они.

— Так! — просветил он их.