Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018

— А если очнётся? — сделал изумленную морду Герман Орлов.

На эту морду можно было молиться в тёмном углу — настолько она была искренней и добродушной. Хорошо, когда для твоего товарища война — это развлечение, если помрёт, то весело, без волнений. Игорь только поморщился, поднимая с пола автомат и отстёгивая от него рожок, а потом показал пальцем наверх, где наверняка кто-то сидел. Автомат пьяного боевика он засунул между ящиками, когда они уже с Орловым поднимались наверх. Только тогда он вспомнил, что в рынке был ликеро-водочный магазин, а ещё он вспомнил, что в Имарате Кавказ объявлен сухой закон, и стало быть, есть надежда, что моджахеды на радостях перепились.

Только надежда эта была с гулькин нос, не такие же они дураки. Но оказалось, что он их идеализирует.

Может, обойдётся, решил Игорь, может, они все пьяные, и в этот момент по другую сторону террасы заработал пулемёт Максимова.

— Ёпст! — закричал Герман Орлов, ударом ботинка выбивая дверь, которая вела в следующий сектор.

Он схватился за «шмель-м». Игорь только успел отскочить в сторону. Орлов выстрелил и, взявшись за пулемёт со словами: «А теперь мы повоюем!» — бросился вперёд.

Ещё не рассеялись дым и пыль, а они, поливая все углы и закоулки огнём, проскочили второй сектор рынка и ворвались в третий. И только здесь им оказали хоть какое-то сопротивление: по углам и откуда-то снизу под мат и славянские выкрики ударили автоматы, но очень недружно и тут же захлебнулись, потому что не выстояли против плотного огня и мгновения.

Тех же, кто стрелял снизу, забросали гранатами. И наступила тишина. Слава богу, с облегчением подумал Игорь, даже никого не ранило, только Виктора Максимова слегка контузило «шмелём-м», хотя, казалось, опытный Герман Орлов стрелял аккуратно, но бой есть бой, в нём всего не учтёшь и не предвидишь.

— Неужто всё?.. — радостно спросил Герман Орлов, не веря самому себе, и морда его излучала неподдельную радость.

 — Так быстро?!

— Братья-славяне дурной пример показали! — крикнул Игорь, пнув бутылку из-под дешёвого ликера.

— Налакались на радостях, — согласился Гёрман Орлов, нюхая бутылку местного коньяка и с сожалением отбрасывая её в сторону: пить такую отраву было нельзя даже спецназу.

А ведь мы сегодня даже не опохмелялись, вспомнил Игорь, очевидное — невероятное. Они быстренько пробежали понизу, добивая тех, кто был ещё жив.