Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018

Впрочем, там, куда Феликс транспортировал спиртное, в крепких напитках разбирались ещё хуже и поэтому брали всё, что валило с ног, а Феликс со своим марочным «наркозом» был для них как манна небесная. И если он наваривал тысячу процентов, то чечены — в пять-десять раз больше. Рынок диктовал цены и был просто гигантским, потому что на территории Имарата Кавказ алкогольных напитков не производилось.

К облегчению Феликса, нужный человек сообщил, что партия готова и ждёт не дождётся его и что вообще:

— Я думал, что ты приедешь неделю назад…

Хоть в этом повезло, с долей облегчения подумал Феликс.

В голосе же нужного человека прозвучал упрёк, потому что нужный человек, как и Феликс, боялся и спешил. Однако в его голосе нет надежды, а это плохо, подумал Феликс, это очень плохо и в принципе даже может навредить мне. Теперь каждая мелочь казалась ему знаком беды.

— Не мог, дорогой, не мог. Так получилось, — ответил Феликс.

В разговоре с нужным человеком он пользовался манерами Рашида Темиргалаева.

Ему казалась, что именно такая манера отличает столичных деловых людей.

— Я с радостью жду тебя, — сказал нужный человек, и опять Феликсу показалось, что происходит что-то такое, что ему пока неведомо, о чём все знают, а он, как дурак, в неведении, потому что он не местный, а столичная штучка, которую можно водить за нос.

Вот что значит сесть не в свои сани, подумал он, но деваться некуда: или на вилы к Рашиду Темиргалаеву, или в лапы к американцам.

Неизвестно, где лучше. Диалектика страха, а она, как известно, порождает извращенную фантазию.

— Через полчаса, дорогой, — ответил он всё в той же манере Рашида Темиргалаева, — через полчаса.

Но в полчаса он не вложился. Вначале его задержал Лёха, который приоткрыл дверь и попросил бросить ему полотенце. Пришлось распаковывать Лёхин чемодан и рыться в его белье. Неплохо было бы сменить рубашку или принять ванну, но времени было в обрез.

Феликс только ослабил узел на галстуке. К тому же позвонил Рыба и осведомился, как они долетели и долетели ли вообще. Он так и спрашивал, ядовито брызгая слюной в трубку: «Ну что, долетели?..» Как будто самолёт обязательно должен был упасть, но, к сожалению, не упал. У Феликса от этих слов по коже неизменно пробегал мороз. Мало того, что он боялся высоты, так ещё этот Рыба-придурок со своими плоскими шутками.