Лицо Милавы сделалось серьёзным и опечаленным:
- Неужто не мил тебе Деян, доченька?
- Он мне стал очень дорог, матушка, только муж и внимания на меня не обращает, когда мы одни, - обида, копившаяся на благоверного, прорвалась слезами. Милава обняла меня, баюкая, как маленькую:
- Глупенькая, бережёт он тебя, напугать боится, причинить боль. Сама ты должна поласковей с мужем быть, - матушка улыбалась, - какая ты ещё совсем девчонка, с печенегами воевать не струсила, а к мужу и подступиться, как не знаешь.
А ведь я, действительно, робела перед Деяном, как на первом свидании. Сердце колотилось от его запаха, хотелось прижаться к нему, вдохнуть поглубже дивный аромат его кожи, смотреть, не отрываясь, в чудесные очи, услышать, как он называет меня своей пичужкой.
Глава 36
Умывшись ледяной водой, я пришла в себя. Вскоре пришёл и Деян, узрев меня в таком виде, напугался:
- Настасьюшка, да на тебе лица нет, хворь какая приключилась?
Я успокоила мужа и без сил, разбитая, словно весь день мешки с углём таскала, отправилась спать.
Сил соблазнять собственного благоверного никаких не осталось. Но я планировала это сделать сразу же, как только появится время. И энергия."
"Быстро мелькали дни, вот уже и березозол перелетел за половину, наступила Комоедица (прим. автора – Масленица у древних славян). Весь город собирался к празднику, пеклись угощения, девицы готовили лучшие наряды и украшения. Вечером, накануне гуляний, меня позвала матушка.
Войдя к ней, увидела разложенное на кровати зелёное платье, всё расшитое алыми цветами.
- Возьми, доченька, принарядись завтра, сходите с Деяном на праздник в город. Совсем вы забыли, что молодые, только о делах и печётесь. Развейтесь, позабавьтесь. Да и народ уважите, чай мы не киевские князья, за стенами детинца не хоронимся.
Платье было великолепно, широкая юбка так и струилась, словно волнами, цветы переливались алыми бликами при свете свечей.
- Спасибо, матушка. А ты пойдёшь с нами?
- Нет, здесь побуду.
Да на пиру встречу гостей званых.
Милава взяла на себя заботы, оставив нам взамен всю радость от праздника. Я с благодарностью обняла матушку, она погладила меня по волосам и легонько поцеловала в макушку.
Комоедица начиналась спозаранку. Поэтому ещё не встало солнышко, а меня уже подняла Алёнка. Деяна не было.
- Княгинюшка, уж и наряд я приготовила, поднимайся, - рыжая плутовка вихрем носилась по опочивальне.
