Да только холод серых очей Настасьи, её жёсткие речи, никак не подходили кроткой внешности - будто сам Чернобог на него посмотрел, обещая нечеловеческие муки, коли он откажется всё рассказать.
- Это я после решу, - ответила княгиня, - а пока выкладывай, - и развернула уцелевшую грамотку, вчитываясь в письмена, - ну же?
- Одно послание Ярополку предназначено, ждёт князь вестей о тебе, хочет знать, как правишь городом.
- Вторая кому была?
Предатель замолчал, стиснув зубы, глаза его забегали, но рот всё же открыл:
- Гостомыслу.
.. - голос пленника невольно дрогнул под строгим взором Настасьи.
- Ой ли! - перебил его Могута. - Сдаётся, лукавишь ты. Верно ведь княгинюшка догадалась, с кочевниками снюхался, гад! Пёс плешивый!
Приоткрыв дверь, советник кликнул гридней. В кладовку занесли раскалённую кочергу, воевода поднёс её к лицу старшего сына, тот зажмурился, заскулив от страха.
- Стой, воевода, - в испуге вскрикнул Мокша, - не губи моё дитя!
- Говори, собачий сын, кому вести слал!
Кочерга медленно приближалась к глазу сидевшего, послышался запах палёных волос.
Пуще прежнего поник Мокша, сдаваясь на волю судьбе.
- Всё скажу, убери! – взмолился он, - византийцу оно было, клянусь жизнью своих сыновей, в советниках у Илдея он ходит, кличут Лазарем.
- Как передаёшь вести? Невозможно подобраться близко к ставке незамеченным, бдят у хана дозорные день и ночь.
- На окраине леса стоит дерево, сухое, молнией разбитое, в его дупле оставляю грамотки, - Мокша лепетал, от страха язык едва ворочался.
- Что в письмеце том было?
- Обсказал, что нового вы тут делаете, чтобы Вежу защитить, - предатель смотрел в серые глаза молчавшей княгини, не в силах отвести взор - словно в душу глядела повелительница.
- Их планы ведаешь?
- О том неизвестно мне, моё дело маленькое было - вести слать, не более того.
- Печенегам нас продал... - голос Могуты звучал тихо и страшно, побелело лицо соглядатая от страха, проступили на лбу вздувшиеся вены. Воевода ступил к нему, без замаха, коротко ударив кулаком в грудь.
Крик застрял в горле предателя, страшно исказилось его лицо, пока пытался он сделать хоть глоток воздуха.
- Что делать с ними, решай, Настенька, - Могута развернулся к молчавшей княгине.
- В поруб их (прим. автора - темница), пока нельзя допустить, чтобы люди узнали о случившемся, лишние слухи нам ни к чему. Дружинникам скажи, что-де Мокша уехал за новым оружием. Приставь к нему этих же двоих гридней, пусть стерегут.
