Великий маг, вернувшийся за ней

Постоянное ожидание подвоха, напряжение в предчувствии предательства способны разрушить любые отношения. Потому что намёки на это воспринимаются острее, а если доказательств нет, напряжение ожидания становится настолько изматывающим, что проще разругаться, чем ждать беды.

Ладонь Лисара согревала мою талию, его ласковый взгляд был немного грустным, словно отсутствие ответа разбивало ему сердце.

Он всегда вёл себя так предусмотрительно при ограблениях, дай ему волю — он вносил бы меня в сокровищницы на руках. Его помощь всегда была деликатной без попыток просто меня облапать.

Он всегда заботился о моей еде и с радостью отдавал лучшие кусочки.

Заботился о моём удобстве, будь то одежда или еда.

От одного человека я никогда не получала столько всеобъемлющей заботы.

Сердце стало щемить, я прикрыла глаза, но я слишком хорошо помнила черты прекрасного лица, представляла их сейчас ужасающе ярко.

Полгода постоянно вместе — это очень долгий срок, а знакомы мы ещё дольше. Я слишком прикипела к Лисару, и это мешало ясно мыслить.

— Мне… — почти прошептала я, и Лисар сразу прижался, готовый слушать. — Мне надо подумать. Для ответа на твой вопрос.

Лисар прижал меня ещё крепче, и сквозь музыку и шелест платьев я услышала мощный стук его сердца. Оно колотилось очень часто.

Глава 25. Нужно подумать

Меня уже ждали. Торговцы готовой едой расплылись в улыбках, со всех сторон рынка хлынули дети, и сегодня не только оборванцы, но и одетые немного приличнее. Даже посетители в этот солнечный день больше не ругались на толпы детей.

Толпа малышни окружила меня, они галдели, пытались ухватиться за штаны, но те слишком плотно облегали ноги.

— Хей-хей! А ну разойдитесь! — мой голос был недостаточно строгим, чтобы их распугать, и моё настроение недостаточно плохим, чтобы я запретила им проявлять эмоции.

Вскинув руки, я просто осторожно проталкивалась к прилавкам с едой, всё равно с моим усиленным телом эти ребята были для меня абсолютно безопасны.

Прилавки буквально ломились от хлеба, сыра, пирожков, вяленого мяса и колбас. Торговцы уже подбили все счета, мне оставалось только доставать серебро из кошелька и оплачивать, чтобы ребятня могла без зазрения совести смести всё с прилавков.