Великий маг, вернувшийся за ней

Всем этим вещам было более трёхсот лет — каким-то чуть более, каким-то сильно больше этого срока, и не все из них выглядели настоящими сокровищами, в то время как другие неоспоримо демонстрировали свою ценность драгоценным блеском.

Тут были мечи и посохи, кинжалы, ожерелья, браслеты, металлическая походная посуда и фарфор, запечатанные в стеклянные кубы книги, письма, письменные перья. Тут были старинные печати и элементы доспехов. Всё это когда-то принадлежало Варде.

А самое ценное сокровище сверкало в центре на манекене с женской фигурой.

Это были покрытые золотом доспехи феникса с инкрустацией из алых, наполненных пламенем опалов. Они будто состояли из плотно подогнанных перьев с проблесками огня. Сохранился даже плащ из тонких металлических пластин. Аура божественной силы ещё исходила от этой бесценной брони.

Доспехи Варды, в которых она приняла звание генерала армии богов.

Тр-р-рак! Бах! — Бах! — Бах!

Вздрогнув, я проснулась. За пределами комнаты бушевал ливень. Вспыхивали молнии, очерчивая контур окна, вспышками выхватывая из тьмы просторную спальню, отражаясь в зеркалах.

Бах! — Бах! — Бах! — грохотал гром.

Грозовая свежесть просачивалась сквозь содрогающиеся, дребезжащие окна, постепенно наполняла комнату.

Стихия молнии бушевала во мне, отзывалась покалыванием в кончиках пальцев.

Гроза. Молнии. Ослепительные вспышки, превращающие мир в чёрно-белые отпечатки — слишком оглушающе, слишком неистово.

Стихия, которая раньше воспринималась такой враждебной из-за Лисара, теперь становилась частью меня.

Бах! — Бах! — Бах! — это напоминало атаку, от которой огромный особняк ходил ходуном.

Это так напоминало отголоски взрывов на поле боя.

Вдруг поняв, что сижу и тискаю край одеяла, я откинулась на влажную от пота подушку и поморщилась, тут же перебралась на соседнюю сухую, накрыла глаза сгибом локтя, чтобы хоть немного защитить их от вспышек света.

Это напоминало рёв безумного дракона. Не удивительно, что мне приснился Лисар.

Возможно, называть магистра Синеглазкой было не самой умной идеей.

Надо было обозвать красавчиком.

Направление ветра изменилось, и дождь отчаяннее забарабанил в окно.

Какая лютая непогода. И как хорошо, что она не застала нас в пути или на постоялом дворе. Повернув голову, я сквозь сумрак и вспышки света посмотрела на камин. Там не осталось даже искорки, но все мои привычки жаждали огня в такую мокрую грозу.

Огонь помог бы изгнать мурашки и почти рефлекторную дрожь.