Великий маг, вернувшийся за ней

Арман же с сомнением посмотрел на третьего помощника канцлера — эту пешку чужой политической игры: он правда идиот или настолько уверен в себе, что даже не потрудился проверить, как обстоят дела с королём?

Нет, конечно, у этого подхода были свои плюсы: если бы Варду арестовали не на глазах у всей публики, орден огненного щита мог обвинять своих оппонентов в подтасовке фактов, так что демонстративная поимка преступницы над остывающим трупом монарха действительно могла лишить его орден последних союзников в королевстве.

А бедная деревенская аристократка, увидев смерть короля, разволновалась бы и выглядела достаточно неадекватно, чтобы повесить на неё что угодно. И неопытная девушка не смогла бы быстро придумать правдоподобное объяснение случившемуся.

Мысленно Арман-Лисар посмеялся и даже с нетерпением ждал, когда откроют двери в кабинет. Он на сотню золотых готов был поспорить, что труп короля Варда уже припрятала и отговорку сочинила.

На глазах у высокопоставленных гостей, находившихся в первых рядах толпы, охранники распахнули двери, и третий помощник канцлера ворвался в кабинет с криком:

В кабинете тихо потрескивал камин, мерцали шарики магического света.

— Где она? — резко повернулся к охранникам третий помощник канцлера.

— Н-не знаю. Мы караулили двери, никто не выходил.

Третий помощник канцлера метнулся к окнам, он отпирал их одно за другим и осматривал землю под ними в поисках сброшенного трупа. Заглянул под стол и даже в дымовую трубу, но ничего не нашёл.

Лицо его становилось всё более и более напряжённым.

Ширины коридора не хватило пропустить всех желающих посмотреть спектакль, некоторым даже на лестнице пришлось остаться — такая очередь образовалась. Я не могла увидеть, что там делали у кабинета, но, кажется, пора было напомнить о себе.

Подойдя вплотную к последней в очереди старушке, я спросила её в затылок:

— Ох, а вы не подскажете, что там происходит?

Старушка щёлкнула веером:

— Говорят, невеста магистра огненного щита заперлась в кабинете с королём и убила его.

— Ах! — я выступила из-за её спины и хлопнула ресницами. — Это какое-то недоразумение, я же здесь!

Мой голос был достаточно звонким, чтобы последние стоящие в очереди оглянулись. А наш танец с Арманом позволил гостям запомнить мою внешность и имя.

Я продолжала изображать удивлённую невинность, и эти люди со всё большим шоком разглядывали меня.