— Почему вы так уверены в этом?
— Потому что я видел его, Хейверс. Я видел его в Ярде.
— Значит, он и впрямь решил донести на нее? Она так и думала.
— Нет, дело не в этом.
— А как насчет Эзры? — предложила новую кандидатуру Хейверс.
Линли усмехнулся в ответ.
— Уильям выскочил в пижаме на дорогу и разодрал в клочья все акварели, не обращая внимания на брань, которой осыпал его Эзра. Да, это могло бы послужить мотивом. Наверное, художнику нелегко примириться с тем, что кто-то уничтожает его труд.
Хейверс приоткрыла рот, замерла на мгновение:
— Но он был вовсе не в пижаме.
— Конечно, в пижаме."
"— Нет, в халате на голое тело. Вы помните, Найджел упомянул его волосатые, как у обезьяны, ноги. Что же он делал в халате? Еще было светло, спать ложиться рано.
— Может быть, к обеду переодевался. Поднялся в свою комнату, глянул в окно, заметил, что Эзра вторгся на его землю, и выскочил в сад в чем был.
— Да, конечно, такое объяснение сойдет.
— Другие варианты?
— Например, делал зарядку.
— Приседания в нижнем белье? Не могу этого вообразить.
— Или… они с Оливией?
Линли вновь усмехнулся.
— Судя по всему, что мы о нем слышали, Уильям противник добрачного секса. Не думаю, чтобы он хоть раз покусился на Оливию.
— Как насчет Найджела Парриша?
— Что насчет Найджела Парриша?
— Неужели он и впрямь провожал собаку на ферму только по доброте душевной, словно маленький бойскаут? Вам не кажется, что вся эта история из пальца высосана?
— Малость есть. Но можете ли вы себе представить, как Парриш марает свои ручки в крови Уильяма, не говоря уж о том, чтобы отрубить ему голову?
— По правде говоря, он бы сам в обморок хлопнулся.
И они дружно рассмеялись, впервые обретя взаимопонимание. И тут же смолкли, смущенно отводя глаза и гадая: неужели они становятся друзьями?
Линли принял решение навестить психиатрическую клинику Барнстингема. Без помощи Роберты расследование топталось на месте: только она знала личность убийцы, а может быть, и мотив преступления.
Вероятно, в ее руках был и ключ к разгадке тайны исчезновения Джиллиан. Линли заранее обо всем договорился по телефону. Теперь его машина остановилась на покрытой гравием дорожке у входа в больницу. Обернувшись к Барбаре, он раскрыл свой золотой портсигар:
— Закурим?
— Спасибо, нет, сэр.
Он кивнул, окинул взглядом высившееся перед ними внушительное здание.
— Может, подождете в машине, сержант? — предложил он, поднося к сигарете серебряную зажигалку.
