Великолепно!

– Послушай, Норвуд! – окликнула она дворецкого.

– Да, ваша светлость?

– Я собираюсь взять на себя ведение бухгалтерских книг и, проверку счетов. Ну, что ты на это скажешь?

– Разумеется, ваша светлость, первым делом поблагодарю вас за ваше предложение. Мои глаза уже не те, что были прежде, а цифры требуют напряжения.

Эмма улыбнулась:

– В таком случае все складывается превосходно. Почему бы нам не заняться бухгалтерскими книгами прямо сейчас?

Норвуд почтительно склонил голову, а затем провел Эмму в маленькую контору возле кухни.

Едва начав работу, Эмма сразу поняла, что старик вел книги самым неэффективным образом, который был весьма далек от современных требований. Поблагодарив старика за блестящую работу, она почти час проверяла счета, после чего поспешила к Алексу.

– Норвуд, безусловно, замечательный старик, но в его книгах ужасная путаница, и я хочу привести их в порядок, – без всяких предисловий заявила она.

Алекс с любопытством посмотрел на нее:

– Я думал, что мы поедем в рощу на другую сторону реки…

Эмма нахмурилась:

– Чтобы добраться туда, нам потребуется по крайней мере двадцать минут и столько же времени, чтобы вернуться.

– А по-моему, куда лучше делать это в более укромном месте.

Щеки Эммы зарделись.

– Не сомневаюсь, что это было бы… приятно, но мне не терпится вернуться к книгам.

Алекс вздохнул.

– Надо бы что-то сделать с твоим страхом перед дневным светом, – с юмором произнес он.

Эмма почувствовала, что ей вдруг стало очень жарко.

– А по-моему, это ужасно – раздеваться донага средь бела дня…

– Если все дело в этом, – в глазах Алекса появился дьявольский блеск, – нам нет необходимости раздеваться донага, хотя это было бы славно.

После пикника Эмма вернулась к книгам, и оказалось, что это дело заняло у нее гораздо меньше времени, чем она предполагала. В итоге она решила последовать примеру Белл и заняться своим интеллектуальным самоусовершенствованием.

На следующий день Эмма отправилась в библиотеку, забралась на приставную лестницу и нашла экземпляр пьесы «Все хорошо, что хорошо кончается», а тремя днями позже она добралась до «Цимбелина» и двинулась дальше по этой линии, но тут ей пришло в голову, что так ей скоро придется надеть очки. Конечно, Шекспир очень хорош, но при всем желании она не успевала прочесть больше двух пьес в день.