– Посмотрев в милое лицо Джорджианы и поняв, что почти выиграл эту битву, Доминик решил пока не сообщать ей о беременности Беллы. Эту новость он прибережет, как туза в рукаве, на будущее. – Не можете же вы повести себя столь жестокосердно!
Музыка затихла, и еще мгновение Доминик и Джорджиана стояли, глядя друг другу в глаза. Испугавшись, что по застывшему в его глазах выражению она догадается о силе его к ней желания и встревожится, Доминик улыбнулся и отвел взгляд. Подняв свой длинный палец, он нежно дотронулся до золотистого локона над ухом Джорджианы, затем очертил линию ее подбородка.
От его прикосновения Джорджиана содрогнулась, и волна удовольствия затопила все ее существо.
Глаза Доминика слегка расширились, и он снова посмотрел в огромные блестящие глаза Джорджианы под мягко изогнутыми бровями.
– Кроме того, – прошептал он, – у вас нет причин убегать.
Усталый мозг Джорджианы принял это заявление вместе со скрытым подтекстом. Она вдруг осознала, что ей в самом деле нет нужды немедленно возвращаться в Италию, как и бежать от его светлости.
– Скажите же, что приедете, и я обещаю, что Рождество в Кэндлвике станет для вас незабываемым, – ни секунды не колеблясь, произнес Доминик, намереваясь сдержать свое слово.
Зачарованная взглядом его потемневших глаз, требующих только одного ответа, Джорджиана согласно кивнула.
Наградой ей стала его ослепительная улыбка. Купаясь в ее лучах, она позволила Доминику снова положить ее руку себе на сгиб локтя.
Другие танцующие покидали бальный зал, направляясь в столовую, но у Доминика совершенно не было аппетита. Судя по брошенному им на Джорджиану взгляду украдкой, и она совсем не стремилась отведать пирожков с лобстерами. Величественным жестом подозвав лакея, он велел ему принести два бокала шампанского.
Будучи искушенным в амурных делах человеком, Доминик уже предпринял необходимые шаги, позволившие бы ему провести остаток вечера в обществе Джорджианы и не вызвать при этом скандала.
Когда лакей вернулся с шампанским, Доминик передал один бокал Джорджиане и, взяв второй себе, повел ее в противоположную от оживленной столовой сторону, направляясь к выходу из бального зала.
Медленно потягивая шампанское, пузырьки которого щекотали ей горло, Джорджиана хранила молчание до тех пор, пока ей не стало совершенно ясно, что он ведет ее прочь. Тогда она вопросительно посмотрела ему в глаза.
