Венчальное кольцо Нибелунгов

– То есть? Варька вышла на парня, который дежурил на стоянке во время убийства Павла!

– Да, а продал диск его сменщик. Честно говоря, он продержался довольно долго, прежде чем заговорил.

Рита предпочла бы не слышать, каким образом люди Горенштейна разговорили парня. Владимир Соломонович, наверное, это понял, поэтому не стал вдаваться в подробности.

– Зовут нашего «бизнесмена» Колей, и он сменил вашего паренька аккурат в ночь. Тогда к нему и подкатили некие веселые ребята, предложив хорошее вознаграждение.

Колян смекнул, что раз запись понадобилась им, то, возможно, там что-то важное. Он успел сделать копию – понятия не имею, как ему это удалось под носом у тех мужиков!

– А вы, конечно же, не знаете, кто они такие? – без особой надежды спросила Рита.

– К сожалению, нет, но у меня есть их описание и описание автомобиля. Коля не запомнил номеров, только пару букв и несколько цифр. Номер, кстати, московский.

– Я подумал, – продолжал Горенштейн, – что вы могли бы попробовать пробить авто через вашего приятеля?

– Я так и сделаю.

Странное дело получается – зачем человеку, приславшему этих парней, понадобилась запись со стоянки? Что он хотел увидеть?

– Вы имеете в виду, – подхватила Рита, – что неизвестный хотел прикрыть Алину?

– Он же не мог знать, что на ней? – вопросом на вопрос ответил Горенштейн.

– Это означает, что неизвестный следил за Алиной, – закончил бизнесмен. – Он знал, что Ирина Шумина отвезла ее в бизнес-центр в тот вечер.

Он знал, что случилось потом, так как приезжала полиция. Он мог предположить, что первой в разработку попадет жена, то есть – Алина.

– Нет, ничего… Ничего особенного. Спасибо за помощь!

– Вы же знаете, что я всегда готов вам помогать, – улыбнулся Горенштейн. Рита почувствовала, что краснеет, вспомнив разговор с Байрамовым о Владимире Соломоновиче.

– Да, – промямлила она. – Извините, меня ждет Игорь.

– Что ж, если что… Увидимся.

Пресс-секретарь театра как раз завершила свою речь, и прощание с Павлом Каюровым закончилось.

Никто из присутствующих больше не взял слова – все ограничилось чистым официозом. Рите вспомнились похороны отца. Тогда все обстояло по-другому. Наталья Ильинична не хотела пышной церемонии, но многочисленные друзья и поклонники Григория Сергеевича все взяли на себя, и она не смогла им отказать. В тот день произнесли столько речей, сколько Рита не слышала за всю жизнь.