Венец безбрачия

Сидеть пришлось боком, а руки барона обхватывали меня достаточно плотно и первое время я испытывала некоторую неловкость – все же это замужество случилось не от любви или симпатии, а было просто вынужденным и такая близость чуть нервировала. Но потом я посмотрела на барона Клингена, в объятиях которого невозмутимо восседала Матильда и, повернув голову к мужу, встретилась с ним глазами. Улыбки возникли на наших лицах одновременно, но волю мы себе не дали: ни к чему обижать глупым смехом барона, он и так пострадал от нашего бракосочетания больше всех.

Ему еще предстоит отдуваться за свои утренние намёки и вряд ли это будет легко.

Небольшой конфликт произошёл, когда мы проезжали мимо дома купца. Один из солдат увидел нас и поднял шум. Из-за забора выскочила вся охрана. Капрал, побагровев, потребовал, чтобы барон спустил меня с коня:

- Вы, господин барон, как уж себе хотите… а только мне хозяйка голову оторвёт, что я такое непотребство допустил. Отпустите госпожу немедля, а то…

- Только что в храме я обвенчался с баронеттой Софи, и теперь она – моя жена.

Вам, капрал, документы я показывать не стану, но легко предоставляю их госпоже баронессе, – равнодушно ответил мой муж. – Я советую вам просто отправляться в замок следом за нами, – и тронул поводья.

Не знаю, кто именно увидел в окно, как мы въезжаем во двор: может быть Альда, а может быть Эрнеста, но мы не успели даже спешиться, как на крыльцо вылетели все: и баронесса, и обе девицы, и даже госпожа Венос, а за ними несколько горничных и два лакея.

- Софи! Что за позорное зрелище я вижу! - баронесса злилась и не пыталась скрыть это. - Ты совсем потеряла стыд!

Барон Клинген там временем снимал охающую Матильду с коня, чуть ехидно поглядывая на своего приятеля. Намекал, что сейчас отдуваться предстоит ему.

У меня сердце колотилось так, что даже в ушах шумело: я могла себе представить какой скандалище сейчас разразится. Однако мой муж, как ни странно, даже внимания не обратил на вопли.

Спрыгнул с лошади, протянул руки и снял меня, но на землю поставил не сразу. Сперва он весьма целомудренно поцеловал меня в щеку, потом, поймав за руку и крепко сжав пальцы, подвёл с к стоящим на крыльце женщинам и очень спокойным, ровным тоном сообщил:

- Госпожа баронесса, сейчас, в храме вашего города, в присутствии горожан, я взял в жены вашу младшую дочь. Теперь она – госпожа Софи фон Тенгер и ничего позорного в нашем поведении не существует.