Инна Викторовна увидела его и сразу почувствовала, как покалывает щеки. Краснеет она, что ли?
Сухо и официально кивнула Верховцеву и не остановилась, торопливо спустилась по лестнице. Внизу на секунду замедлила шаг. Не идет ли он следом? Никто не спускался по лестнице вслед за ней.
Приехав домой, застала домашних в гостиной. Лиза с Ларисой ползали по полу, распрямляя на ковре куски синего брезента. Андрей крутил в руках палочки и веревочки."
"— Чем вы тут занимаетесь?
Инна Викторовна внимательно оглядела детей.
Как все-таки хорошо, что они все вместе! Вместе они все преодолеют. Они — семья.
— Мама! У нас потрясающая новость! — подскочила Лиза. — Ларису пригласили на раскопки!
— Куда? Кто пригласил? — Инна Викторовна уже поняла, что Андрюшка приволок откуда-то брезентовую палатку. И эти трое изучают ее устройство.
— Студенты из университета едут на раскопки к пещерам. Профессор Ларисы решил проверить ее предположения.
— Ему завкафедрой рассказал, — пояснила Лариса.
— И ты снова собралась туда одна, — подсказала Инна Викторовна.
— Не одна, — возразила Лариса. — Прыткова тоже хотела и ребята…
— Ага.
Инна Викторовна прошла и уселась в кресло, нарочно не обнаруживая ни перед кем блеска своих глаз.
— Боюсь, что экспедицию придется… отложить, дорогая моя.
Дети, все трое, уставились на нее.
— Сегодня доктор Кузин принес мне последние результаты анализов Ларисы…
— Что-то не так? — догадался Андрей.
— Очень даже так! — едва сдерживала торжество Инна Викторовна. — Лариса ждет ребенка.
Примерно минуту стояла полнейшая тишина. Затем прорезался торжествующий визг Лизы и сдержанное покашливание Андрея. Но Инна Викторовна отчаянно жаждала увидеть — что там у Ларисы в глазах, уцепить тот первый, неповторимый миг. Но Лариса спрятала взгляд в ресницах, и Инна Викторовна так ничего и не поняла.
Тут началась суета, дым коромыслом. Андрей кинулся к Ларисе с поздравлениями, со своими шуточками, Лиза полезла к сестре обниматься. Потом пришли Оксана с Юлькой, и все закрутилось по новой.
Но всю эту канитель создавали окружающие. Лариса оставалась безучастной, словно замороженной. А ведь доктор Кузин возлагал большие надежды на эту новость. Он вполне оправданно надеялся, что беременность станет для Ларисы тем шоком, который сумеет встряхнуть спящую память и вернуть Ларису к прежней жизни. Похоже, зря надеялся.
Инна Викторовна вернулась в прихожую снять туфли и оттуда наблюдала, как Лариса отделилась от всеобщей суматохи и ушла к себе в комнату.
