Проходя мимо гостиной, заметила, что над палаткой теперь колдуют лишь Андрей с Оксаной. Юлька уставилась в телевизор. Лизы не видно.
Инна Викторовна спокойно и без лишних глаз соорудила им с Верховцевым ужин на скорую руку и прихватила из бара бутылку мартини. И все же она очень не хотела, чтобы кто-нибудь из детей заинтересовался, чем она сейчас занимается."
"А никто и не интересовался. Каждый из обитателей дома в этот период жизни был настолько занят собой, что окружающее воспринималось постольку-поскольку.
В двух этажах прекрасно устроенного особняка происходили два разговора, которые сама хозяйка, будь она в это время не так занята гостем, весьма пожелала бы услышать. И будьте уверены — вмешалась бы, и еще как!
Но… Верховцеву было одиноко, и он не без интереса взглянул на поднос, который внесла в библиотеку Инна Викторовна.
А в это время на втором этаже Лариса тщательно, сверяясь со списком, собирала рюкзак. Лиза лежала на кровати, с интересом наблюдая за действиями двоюродной сестры.
— Ты что, действительно собираешься ехать в эту экспедицию, Ларка? — наконец не выдержала Лиза, увидев, что та достала из-под кровати сундучок с инструментом археолога, который неделю назад приволок откуда-то Андрюшка.
— Разве ты в этом сомневаешься? — пожала плечами Лариса. — Меня пригласили, и мне это интересно.
— Но ты же беременная! Ты что, не хочешь ребенка?
— Хочу. Мне же не завтра рожать. Экспедиция будет длиться всего месяц. Когда еще будет такая возможность? Я хочу в ней участвовать! Я всегда хотела, но что-то мне постоянно мешало.
— Что тебе мешало? Твоя куриная любовь к Стасику.
— Почему — куриная?
— Слепая! И носилась ты с ним как курица с яйцом. Стасик то, Стасик сё. Я никогда бы не подумала, что у тебя имеются какие-то свои интересы. Особенно наподобие раскопок, древних племен и так далее. И как тебе удавалось это так скрывать? Например, наши с Андрюхой интересы всегда лежали на поверхности.
— Не знаю. По крайней мере теперь я намерена жить своими интересами.
Я побываю на раскопках, я закончу рукопись, а потом рожу ребенка, и мы будем с ним жить долго и счастливо!
Она сверкнула глазами на Лизу, и та поняла, что именно так и будет. Но ведь придется еще выдержать натиск Лизиной матери, которая ни о каких экспедициях слышать не захочет.
— Ты так изменилась, — протянула Лиза, которой никогда прежде не было особо интересно общаться с двоюродной сестрой. Теперь же что-то притягивало в ней.
