Оксана всю неделю хохотала над ним, а в последний вечер, когда он притащился к ней в номер с бутылкой водки и батоном сырокопченой колбасы «Губернаторская», не прогнала его, а оставила травить байки и анекдоты, которыми он почти отравил ее за неделю. А что еще было делать? Соседи по номеру ушли в ресторан с узбеками со второго этажа, Оксана в их компанию не вписалась. Вот и пришлось пить водку и слушать анекдоты. Впрочем, до анекдотов дело не дошло. Хлопнув полстакана «Президентской» и закусив шматком «Губернаторской», Илья Муромец уставился на Оксану откровенно несытыми глазами.
Оксане было весело. Ее забавляло, что мужики вдруг стали на нее смотреть так. Она попыталась кокетничать, но это было излишним. Илья Муромец галантностью не обладал, зато напор у него оказался довольно беспардонный.
Долго потом Оксана помнила эту ночь в гостиничном номере, и долго эти воспоминания обдавали горячей волной, заставляя ее краснеть.
Но что было — то было. Она вернулась домой, стараясь не вспоминать о командировке, гостинице и Илье Муромце.
Это было нетрудно — работа, дом, заботы. Приближался юбилей свекра — провожали на пенсию. Оксана помогала свекрови приводить в порядок квартиру, выбирать рецепты для праздничных блюд. К тому же нужно было сдавать анализы по новому кругу — теперь для лаборатории, рекомендованной новым врачом.
Анализы Игорь с Оксаной сдавали вместе, а получать результаты поехала Оксана одна, в свой выходной. Вот там-то, в белоснежном кабинете лаборатории, и пришлось озадачиться. Анализы показали, что она, Оксана Киреева, беременна.
И в услугах лаборатории не нуждается. Ей бы радоваться, скакать и прыгать — вот оно, долгожданное. А она вышла из прохладных коридоров, как пыльным мешком накрытая. Что-то ей мешало торжествовать и радоваться. Какая-то тень лежала на всем этом, и необходимо было немедленно поделиться с кем-нибудь.
И она отправилась к бровастому врачу с сочной лысиной. Дядька был не дурак, сразу смекнул, что к чему.
— Вы мне, Оксан очка, честно скажите, как на духу. Я в эти сказки о непорочном зачатии давно уже не верю.
Было у вас с кем-нибудь?
Оксана честно призналась. Врач все-таки. Доктор ничуть не удивился, мораль читать не стал. Ни одна из его густых бровей не дрогнула тенью осуждения. Он присел на кушетку напротив Оксаны и заглянул ей в глаза.
— Вот что, дорогая моя. Теперь послушай совет человека бывалого. Мужу — ни под каким смертным страхом! — в измене не признаваться! Это его ребенок, и он будет ему рад так же, как и ты.
