Венец карьеры пахана

На пятый день ковыряния в архивах невыясненным оставался еще и такой момент: каким это образом хитникам удавалось рыться в копях под самым носом милиции?

Ответ был найден, когда он взял следующий том в синей папке, перечеркнутой красной полосой. Цвет папки и красная полоса подразумевали, что хранящиеся в ней документы предназначены исключительно для внутреннего пользования. Возможно, так оно и было лет пятнадцать назад, но в настоящее время подобными материалами никого не удивишь. Из документов вытекало, что МВД не дремало, в среду хитников были внедрены оперативники, которые сумели раскрыть весь механизм хищений.

Выяснилось, что два десятка милиционеров причастны к расхищению самоцветов. Как оказалось, их деятельность носила весьма широкий характер. Некоторые прикрывали хитников, ведущих незаконную добычу самоцветов, за что получали весьма существенные премиальные, другие охраняли цеховиков, производящих огранку драгоценных камней и имевших некоторую долю в преступном бизнесе. Третья группа служила прикрытием при сделках. А некоторые из милицейских чиновников с большими звездами на погонах сами организовывали промышленную добычу драгоценных камней, используя собственное служебное положение.

Милиционеры работали по-крупному, используя рычаги власти, они даже сумели наладить сбыт драгоценных камней за рубеж, используя дипломатическую почту. Достаточно было пролистать несколько страниц дела, чтобы осознать, что деньги в подпольном бизнесе вращаются немалые. Только по трем раскрытым делам фигурировали суммы в миллионы рублей.

Преступные группы были устойчивыми, действовали с десяток лет, можно было только предположить, какие серьезные деньги прошли через их руки.

Закрыв папку, Журавлев отодвинул ее в сторону и устало откинулся на спинку стула. Теперь он имел представление о том, что делается в мире камней, и мог считать, что в какой-то степени является экспертом в этой области. Это поможет принять правильное решение в сложной ситуации и определить, в каком направлении следует двигаться при раскрутке того или иного дела.

Он испытывал удовлетворение от хорошо проделанной работы, единственное, что ему доставляло дискомфорт, так это ощущение близкой опасности. Оно нежданно возникло два дня назад, проявилось вдруг каким-то смутным беспокойством, когда он вышел из здания архива на улицу, чтобы покурить. В тот момент Журавлев затылком почувствовал чей-то пристальный взгляд, но, обернувшись, увидел только нищего, сидящего на противоположной стороне улицы.