Венец карьеры пахана

Если такому камню придать полную бриллиантовую огранку, то его стоимость может потянуть на четверть миллиона! Можно представить, какие деньги переправлялись в оплату поставок по ленд-лизу.

Половина всех пропавших алмазов практически были идеальными. Имели цвет «два», при чистоте тоже «два». Лучшего расклада просто невозможно придумать, и это при том, что у алмазов имеется девять цветов и двенадцать степеней чистоты. Другая половина алмазов имела надцветы от желтого до коричневого. Такие камушки ничуть не хуже, они просто немного иные и рассчитаны на чудаков, которых всегда было предостаточно среди богатеев.

Хочется кому-то желтый алмаз — пожалуйста! Надо коричневый? Извольте! Встречаются даже черные алмазы, но это уже глубокая экзотика.

Кроме размеров, алмазы должны иметь еще богатую историю. Например, такую же, как у алмаза «Шах» или, к примеру, «Тифанни».

С эстетической точки зрения «Шах» неказист, ограничен поверхностями спайности, отполирован только частично. Свет в нем должным образом не играет, алмаз похож на прозрачный булыжник.

Для изысканных эстетов этого маловато, но если придать ему полную бриллиантовую огранку, он, конечно же, выиграет с эстетической точки зрения, но из него уйдет главная составляющая — история! Это уже будет совершенно другой камень, следовательно, цена его в сравнении с первоначальной будет несоизмеримо меньше.

Генерал Яковлев с улыбкой подумал о том, что еще месяц столь усиленной работы над драгоценными камнями и можно стать экспертом. Говорят, хорошие геммологи зарабатывают не меньше генералов.

Так что если придется уходить из ФСБ, то вторая профессия обеспечена.

Вчера вечером у Яковлева с женой состоялся любопытный разговор. Заметив интерес мужа к драгоценным камням, она на полном серьезе поинтересовалась, а не собирается ли он купить ей какое-нибудь украшение? Ведь скоро очередная дата со дня их свадьбы. Яковлев только улыбнулся. Видимо, придется подарить жене колечко с крохотным бриллиантом.

Странное дело, но в эти папки почти никто не заглядывал, а ведь в них масса интересного.

Вот конверт из плотной бумаги. На нем проставлена фиолетовая печать, она малость размазана. Не исключено, что лет шестьдесят назад какой-нибудь сотрудник ставил на этот пакет кружку с чаем. Вот отсюда и разводы.

Буквы на печати можно разобрать с трудом, так они смазаны водой и стерты временем. Взяв со стола лупу, Яковлев попытался прочитать текст на печати и удовлетворенно хмыкнул. Оказывается, конверт был прислан из канцелярии НКВД.