Верь в меня

Этим двоим, кажется, суждено стать счастливой четой. Криста радовалась за них и гадала, выпадет ли ей самой такое же счастье.

Ответ на этот вопрос был связан с высоким, сильным мужчиной, который стоял почти в центре поля и дружески болтал со всеми и каждым с таким видом, словно у него нет никаких забот. Чувство обиды нахлынуло на Кристу при виде такой беззаботности, но быстро исчезло под наплывом чувств, одновременно и нежных и пылких. Хоук был одет в простую черную тунику, вышитую золотом. Тонкую талию обвивала золотая цепь с закрепленными на ней ножнами, украшенными драгоценными камнями.

Густые кудри каштановых волос обрамляли бронзовое от загара лицо. Хоук был выше всех на голову. Криста увидела, как он наклонился, чтобы посмотреть в глаза какой-то пожилой женщине: она явно его чем-то поддразнивала. Потом они рассмеялись, и женщина ушла с улыбкой.

При виде Кристы Хоук распрямил плечи и перестал улыбаться. Девушка приуныла, у нее тоскливо сжалось сердце. На секунду — но лишь на секунду — появилось желание затеряться в толпе, однако гордость не позволила ей сделать это, а потом было уже поздно.

Хоук направлялся к ней с нарочитой поспешностью. Как бы ощутив ее намерение скрыться, он положил руку ей на локоть еще до того, как заговорил.

— Миледи, — произнес он серьезно, — позвольте поблагодарить вас за вес, что вы сделали. Я не припомню такого замечательного праздника.

К своему вящему неудовольствию, Криста покраснела и не смогла посмотреть лорду в глаза.

— Вы должны поблагодарить за это Эдварда и всех остальных. Я только помогала им.

— Это не то, что говорит Эдвард и вес остальные.

Прежде чем она могла возразить или воспротивиться, он продел ее руку под свою и увел дальше в толпу. Их тотчас окружили горожане и крестьяне.

Хоук провел Кристу к почетному столу и усадил ее, прежде чем занять свое место. Их появление послужило сигналом к началу праздника. Среди всего этого шума и веселья, парада разнообразных блюд, потоков эля и меда Криста старалась сохранить самообладание.

Все хотели поговорить с Хоуком и делали это вполне непринужденно, окликая его с других столов. Он вел одновременно несколько разговоров — с легкостью и юмором, — и все барьеры между людьми перестали существовать.

Веселье стало еще более бурным, когда молодые мужчина и женщина из горожан скромно выступили вперед и преподнесли Хоуку и Кристе две соломенные куклы, сделанные из последних колосков урожая.