Верь в меня

Простить? Но в чем он виноват? Криста покачала головой, пытаясь сообразить хоть что-то. Все еще полусонная, она сказала:

— Тебе не в чем извиняться. Вряд ли это твоя вина. У меня слабый желудок.

Хоук и королева переглянулись. Илсвит подняла одну бровь, а лорд покраснел.

— Дорогая моя, — с нежностью заговорила королева. — Я знаю, что в детстве вы были лишены блага материнского руководства, но ведь вашим воспитанием, наверное, занимались другие женщины, не правда ли?

Не понятно, почему королева решила это обсуждать.

— Меня вырастили двое преданных слуг, Рейвен и Торголд, но при мне были и другие женщины.

— И они говорили с вами о… некоторых вещах?

— Конечно. Мы постоянно говорили о жатве, о погоде, о том, чем питаются люди, и о многом другом.

— Я понимаю… Но эта… Рейвен… кажется, так вы ее назвали? У нее есть собственные дети?

Криста запнулась. Она не имела представления, чем занималась Рейвен, когда была не с ней.

— Я не знаю… может быть. Мы никогда не говорили об этом.

Илсвит похлопала Кристу по руке, бросила многозначительный взгляд на Хоука и выпроводила из комнаты своих дам. Когда Криста с Хоуком остались наедине, тот снова сел, не сводя с нее глаз. Было тихо, только похрустывал сухарик, который жевала девушка; она старалась делать это как можно тише, потом вообще перестала есть и сунула остаток сухаря под кровать. Немного погодя Хоук откашлялся и заговорил:

— Ну, видишь ли… дело в том… в основном ты здорова… что само по себе удивительно, но это огромное облегчение… А это зелье, что ты пьешь, оно помогает?

Он показал на чашку, которую Криста все еще держала в руке.

Криста стряхнула свободной рукой несколько крошек и сказала:

— Да, помогает. Королева была очень добра ко мне. Ты извини, но мне кажется, ты и сам выглядишь не вполне здоровым. Может, Илсвит и тебе предложила бы какое-нибудь зелье, чтобы ты чувствовал себя получше?

Если бы он продолжал смотреть на нее все так же.

— Не думаю, что я мог бы чувствовать себя лучше, чем сейчас. Впрочем, нет, это неправда, есть одна вещь, которая улучшила бы мое самочувствие.

Криста насторожилась. Неужели он имеет в виду новые подарки?

— Что же это? — наконец решилась она спросить. Он отобрал у нес чашку и поставил на стол.