Все дети были из обеспеченных семей, их не били, не морили голодом, наоборот, ребятишки имели все, о чем можно мечтать, включая ласковую нянюшку.
Настя Альварес тоже оказалась в руках тетушки.
– Как же она убивала несчастных малышей, – ахнул я, – чем? Лекарствами?
Евгений и Нора переглянулись.
– Говорите, пожалуйста, – взмолился я.
Следователь потянулся к пепельнице.
– Можно? – спросил он у Норы.
– Валяй, – кивнула хозяйка, – объясни Ване все по порядку.
– Кто по профессии Татьяна Карловна? – повернулся ко мне Женя.
– Бывшая певица, после замужества увлеклась народным творчеством, ездила по деревням, собирала напевы, частушки. Но теперь я понимаю – это ложь, отмазка для Ангелины Степановны, свекрови. Татьяна Карловна не хотела сообщать той о своей службе в агентстве, но как объяснить длительные, на несколько месяцев отлучки? Вот и нашелся замечательный предлог – очередная экспедиция за фольклором. Так?
– Не совсем, – поморщился Евгений."
"– Татьяна Карловна на самом деле увлекалась народным творчеством, много ездила, записывала всякие песни: свадебные, величальные, плакательные.
Особняком среди них стоят заговоры. В каждой деревне раньше непременно жила старушка, к которой селяне бежали исцелиться от болезни. Бабушки умели многое: пошепчут над грыжей – и нет ее, исполнят некий напев, – и зубная боль отступит, от ласковой мелодии придет сон, да такой крепкий, что операцию сделать можно без обезболивания. До ближайшего города – сто километров, по весенней распутице завязнет и телега, и автомобиль в непролазной грязи, одна надежда на бабулю-шептуху.
Берегли этих старушек односельчане пуще самых любимых родственников, всем миром кормили их, потому что денег те от людей не брали. От продуктов, свечей, газет, короче, любых подарков не отказывались, но на купюры даже не смотрели.
Советская власть отчаянно боролась, как говорили в те времена, с «мракобесием», но хорошо известны случаи, когда большие партийные бонзы, от которых отказались врачи, ехали к такой бабуле с просьбой о помощи – и ведь выздоравливали!
А еще старушки могли помочь бесплодной паре обрести ребенка и избавить девушку от последствий греховной связи, но этим занимались не все.
И уж совсем редко находились особые знахарки, в народе их называли «нянечки», пугали ими непослушных малышей.
– Ох, гляди, неслух, позову нянечку, она тебя живо к лавке прикует, – говорила иногда в сердцах мать и тут же кидалась к иконе, отмаливать грех.
